Онлайн книга «Рядом с тобой»
|
«Разблокировать контакт» Полгода спустя — Ненавижу! Глава 17 Полгода спустя — Ненавижу! — Вадим совершенно по-детски топнул ногой, затем размахнулся, чтобы пнуть ближайшие картонные ящики, но вовремя поймал предупреждающий взгляд матери, поэтому ограничился лишь словами: — Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! — Рот закрой и дуй за мной! — хмыкнула Вера Пална, рядом с сыном она казалась моськой. — Ящики не забудь. — Ненавижу работать! — продолжал хныкать он. — Какого я ваще должен пахать?! Я чё, лошадь?! Пусть идиоты пашут! — Скажешь ещё что-нибудь в том же духе — оставлю без обеда. — Голос Веры Палны лился слаще мёда, отчего у любого, кто хорошо её знал, холодок прошёлся бы по спине. — Э… — Парень с опаской глянул на мать, нацепил на лицо любезнейшую из своих улыбок и поинтересовался: — Ящики в подсобку или в зал? — За мной иди! Тебе уши нужны, только чтобы шапка не слетала? Двигай давай! Ну что ты как дитя малое — один несчастный ящик взял! Три давай! Я из тебя человека сделаю, раз отец не смог! — Ну, мам… — Не ной. Василий Геннадьевич смотрел на супругу и всё нарадоваться не мог. Он же видел, как она страдала, когда сынок её непутёвый под отцовским приглядом всё больше и больше превращался в недалёкого лентяя. Зато теперь, когда родитель выгнал великовозрастное дидятко и снял того с довольствия, началась настоящая жизнь. За что Игорь Семёнович сына выпер, никто толком и не знал, кроме Вадима и его самого. Вроде как прознал отец, что кровиночка его шантажом баловалась, да ещё, если слухам верить, кой-какие грешки за Вадимкой водились — кто сейчас разберёт. А как дверь за ним в отцовском доме захлопнулась, так и друг Верочкин старинный, Митька, уволился. Сказал, мол, присматривать ему больше не за кем, пора и на родину возвращаться. Медок оттуда теперь шлёт — нет лучше лакомства. Хороший у Верочки всё-таки друг, жалко только, что в гости не приезжает. Поначалу Вадим пытался завести удобные себе порядки в материнской квартире, но очень быстро — буквально минут за двадцать, — понял, что халява бесповоротно закончилась. Если уж он попал в цепкие лапки Верочки, то уже никудашеньки не денется. Да и сам Василий, к слову, мягкий и покладистый с женой, с Ульянкой с Сонечкой и, пожалуй, с Брабрарисом, для других оставался непробиваемой скалой, готовый любого порвать на куски, если семье будет хоть что-то грозить. Меч точно может подтвердить — испытал на собственной шкуре. А что он думал? Раз Ульянку к себе жить позвал, так он, Василий, отпустит свою девочку просто так без тщательного допроса? Ага, уже разбежался. И даже Верочка, полностью находившаяся на стороне паренька, не вмешивалась. Надо признать, Меч крепким оказался, смог доверие заслужить, и вот уже месяц как Ульянка к нему перебралась. Скучно без неё стало, хорошо хоть Сонечка с котиком пока у них с Верочкой проживали, но что-то сердцу подсказывало, что и эти пташки вскоре упорхнут. Собаку тогда завести, что ли? — Вася, а ты что столбом стал? — Вера Пална обернулась, упёрла руки в бока и сдвинула брови. — Иду-иду, золотко! — Вася, я же просила так меня не называть, когда мы на работе! — Прости-прости, котенька! — Он подошёл к супруге, наклонился и чмокнул бурчащую женщину в макушку. — Больше так не буду, любовь моя! |