Книга Чудов в Новый год, страница 49 – Кэти Свит

Дашенька беспокойно спит.

— Не похож он на Андрея, — заверяю Лебедеву, отказываясь верить гадкой Илоне.

Но шок от ее слов до сих пор не прошел.

Это ж надо было выдумать, будто Андрей Насте изменяет? Да он ценит и любит свою жену!

Пусть лучше Илона разбирается, почему Рома на развод подает и думает, как семью с кем-то другим построить, а не рушит то, что у других есть.

— Да, — кивает Настя, не сводя взгляда со снимка. — Это он.

— Не похож, — продолжаю сомневаться.

— Он это, говорю, — поднимает на меня полные слез глаза.

Мне так жалко ее становится, аж хочется обнять и как следует прореветься. Но я прекрасно понимаю, что так делать ни в коем случае нельзя.

— Ну брось, — забираю из ее рук фотографии, которыми “мило” поделилась Илона. — Нечего тебе на это смотреть! — заявляю, убирая проклятые снимки в свою сумку.

Пусть лучше там полежат, после Лебедеву отдам, пусть разбирается как хочет.

Ну не верю я, что это он!

— Только нервы зря треплешь, — приговариваю тихонько. — Не Андрей там! Угомонись!

— Вер, — печально вздыхает подруга.

Она смотрит на меня таким взглядом, что сжимается сердце. В глазах застыли непомерное разочарование и боль.

Всегда боевая и энергичная Настя сейчас напоминает сдувшийся воздушный шарик. Словно из нее досуха выкачали всю жизненную энергию, лишили сил и оставили. Одинокую. Пустую. Ненужную.

— Это он, — говорит таким тоном, что у меня дыхание перехватывает. — Я даже знаю с кем и где.

От столь сильного откровения я даже не знаю что и сказать. Смотрю на Настю во все глаза и часто моргаю.

Шок.

— В смысле? — спрашиваю, не веря своим ушам.

Что за бред? Андрей идеальный муж! Он любит и ценит свою семью, никогда не изменял Насте.

— Это его бывшая жена, — своими словами подруга окончательно вводит меня в ступор.

— Бывшая жена? — шепчу, не осознавая смысла фразы. Оно приходит чуть позже, выливается на меня ведром студеной воды. — Он был женат? — ахаю.

— Давно, — поджимает печально губы. — В прошлой жизни.

Слов нет. Один сплошной шок. Моя спокойная и размеренная жизнь, кажется, осталась в прошлом.

Лебедев — идеальный муж, замечательный отец и самый порядочный мужчина из всех, кого я только знаю, оказался вовсе не таким.

— Девочки, я чай заварил, — к нам заглядывает Эдуард Егорович.

Теперь, когда я познакомилась с ним при других условиях, называю его так.

Он получил свое необычное имя из-за непомерной любви отца к футболу и был назван в честь одного из любимых футболистов.

— Пойдем, поговорим, — приглашает нас на кухню.

Переглядываемся с Настей, кидаем обеспокоенные взгляды на детей. Они крепко спят и им ничего не угрожает.

Спинка дивана не даст скатиться, массивные мягкие поручни удержат с боков, в ноги положили большие подушки, а между детьми — скрученные в жгуты одеяла.

Все хорошо.

— Пойдемте, — соглашаюсь, поднимаясь.

Выходя из комнаты, оставляю приоткрытой дверь. Не хочу, чтобы детвора проснулась и испугалась, пусть поспят спокойно. Они и так измучились уже.

Когда мы с Настей приняли решение уйти из дома, то пришлось в экстренном порядке тормошить детей. Менять подгузники, переодевать, уговорить хоть что-нибудь скушать.

И Дашенька, и Егорка были крайне недовольны нашими действиями и активно показывали это, кричали и возмущались на весь дом. Кое-как накормив и одев детвору, мы быстро оделись сами, собрали свои вещи и были таковы.