Книга Девочка бандита. Заберу твою жизнь, страница 34 – Кэтрин Рамс

Спустя минут десять Марат разрешает мне приблизиться к нему и обработать рану антисептиком.

— Ужас. Тебе нужно в больницу, чтобы тебя зашили…

Рана открытая, я боюсь в неё что-то вливать, даже прикасаться мне страшно, вдруг ему станет очень плохо.

Мне же от этого вида самой становится не по себе. Марат же бурчит под нос то, что порезался об острый штырь.

— Просто обработай и перемотай. Не помру.

Как обрабатывать рану, на которой кровь не останавливается?! Я с таким сталкиваюсь впервые. Поэтому решаю аккуратно обработать лишь углы, наложить вату и перемотать.

— Тебе разве не больно?

Абдулаев даже не шелохнулся.

— Ещё не такое было в моей жизни. А это просто царапина.

Вот это настоящий мужчина!

Марат продолжает сидеть и смотреть на меня в упор, поэтому я встаю с места и решаю напоить его успокаивающим чаем.

— Я видела шрамы на твоём теле, которые ты пытался перекрыть татуировками, — интересуюсь я. — Откуда они?

Давно интересно их происхождение, однако раньше я не могла осмелиться о них спросить. Они у него просто ужасны, словно мужчину резали.

Марат вздыхает, принимая из моих рук бокал с чаем.

— Знаешь, когда-то давно, когда я был ещё мелким, я жил в подобной этой деревне, — удивляет он меня.

— Неужели?

Я не могу представить его деревенским парнем. Он вот прямо бандит бандитом. Высокий, накачанный. Лицо вечно хмурое, недовольное. Взгляд режущий, цепляющий. Повадки дикие. А говорит он обычно в приказном тоне.

Только, конечно, не при бабе Зине, с ней он, на удивление, тихий, большой мишка. И наблюдать за этим очень забавно. Ко мне он тоже в последнее время относится вполне спокойно, не считая того, что, как только мы остаёмся наедине, он то за попу меня шлёпнет, то в углу зажмёт, то на руки поднимет.

Однако бабулька быстро это все пресекает, словно специально проверяет его выдержку. А Марат смотрит на меня так, будто ждёт своего часа, чтобы, наконец, оказаться между моих ног, он это даже в открытую заявляет.

Однако за последние пару дней мы мало общались, потому что он все время проводил во дворе, чтобы поскорее закончить строить баню. На самом деле, немного радуюсь тем минуткам, которые мы проводим вместе.

— У родителей было много скотины, огромный огород, именно поэтому я приучен к тяжёлому труду, но всегда мечтал поскорее уехать в город, — говорит Марат, отпивая чай. — Начать вести дела, зарабатывать деньги.

— У тебя получилось, — говорю с усмешкой.

Даже не верится, что раньше он был простым парнем. Я думала, он из обеспеченной семьи, а получается, что добился всего сам.

А вот каким путём он это сделал…

— Да, как только родители скончались, я уехал, мне тогда было шестнадцать. Крепким пареньком был, начал заниматься активно спортом, нашёл компанию безбашенных пацанов, с которыми мы начали вести не самые хорошие дела.

— Какие? — спрашиваю с затаившим дыханием.

Интересно знать от кого у меня будет ребёнок. То, что он не самый честный гражданин и сидел в тюрьме, я уже знаю, однако не знаю, как это все началось.

— Сначала занимались грабежом, мелким, который перетекал в более крупный. Мы обнаглели и стали нападать на богачей, ставили их на счётчик. Нас стали многие боятся и сами начали просить о нашей помощи. За три года мы хорошо поднялись, у каждого уже было достаточно денег, но власть туманила рассудок, — произносит он с лёгкой грустью. — Первый раз меня посадили за тяжелые побои одного богатого ублюдка, который изнасиловал знакомую девчонку в девятнадцать. Дали мне пять лет.