Книга После Развода. Влюбиться в тебя заново, страница 51 – Зарина Цурик

Я нахмурилась. Она пришла сюда только для того, чтобы сделать мне сомнительный комплимент и в очередной раз унизить? Внутри меня закипало глухое раздражение, но Агата, почувствовав мое замешательство, продолжила тем же тоном.

— Я приняла решение. Я бы хотела стать инвестором вашего агентства. Мои возможности и ваши... кхм... специфические таланты помогут нам расшириться и монополизировать этот сектор рынка.

У меня чуть челюсть не отвисла. Что? Эта женщина, которая называла меня посредственностью и предрекала скорый крах, теперь предлагает мне партнерство?

— Постойте... Вы серьезно? — вырвалось у меня.

— А вы думаете, я так по вам скучаю, что решила лично приехать и подшутить над вами? — Агата заговорила со своим странным, едва уловимым французским акцентом. Почему-то сегодня он звучал сильнее, чем обычно. Откуда он у нее вообще взялся? Насколько я знала, она была коренной петербурженкой. — Я говорю совершенно серьезно. Я хочу вложить деньги в наш бизнес. Если вы не согласны...

— Согласна! — выпалила я, не успев подумать. Это был шанс всей моей жизни. — Я согласна. Когда мы сможем обсудить детали договора?

Она довольно улыбнулась. Мысли о том, что у неё с Олегом, скрутили мне желудок. Олег отрицал это, говорил, что они просто знакомы, но сейчас, сидя перед ней и ощущая тяжесть его присутствия под столом, я чувствовала себя предательницей. Что, если она до сих пор что-то к нему испытывает? Смогу ли я работать с ней, зная, что обманываю ее каждую секунду?

— Я думала, мы обсудим детали вместе с вашими юристами прямо сейчас, — Агата вдруг подалась вперед. Она положила ладонь на столешницу и начала ритмично постукивать пальцами прямо посередине.

— Олег Романович, — произнесла она, глядя мне прямо в глаза с ледяным торжеством, — когда вам надоест сидеть в этой пыльной нише под столом, милости прошу — присоединяйтесь к нашей дискуссии. Думаю, вам, как человеку, близкому к Елене Сергеевне, будет крайне интересно ознакомиться с документами перед их подписанием.

— Конечно, Агата Леонтьевна, — раздался из-под стола спокойный голос, — Не поймите меня неправильно, — непринужденно проговорил Олег, — Я бы с огромным удовольствием поприветствовал вас, но длинные ноги Елены мне слегка перерождают путь.

Я сидела, не в силах пошевелиться, чувствуя, как краска заливает лицо. Агата Леонтьевна поднялась и кивнула мне на прощание. Едва дверь за Агатой Леонтьевной закрылась с глухим, тяжелым стуком, пространство кабинета, казалось, выдохнуло вместе со мной. Через секунду из-под стола, неловко задев коленкой ящик, выполз Олег.

Он выглядел нелепо. Он потянулся ко мне, его пальцы почти коснулись моего запястья — жест утешения или, может быть, триумфа? Но внутри меня что-то с треском лопнуло. Это было неправильно. Вся эта сцена, эта ложь, эти прятки под мебелью — все это вдруг показалось мне дешевым фарсом, недостойным того, за что я так долго боролась.

— Нет, — резко бросила я, отпрянув.

Олег замер, его рука повисла в воздухе, а в глазах отразилось недоумение. Но я уже не смотрела на него. Я бросилась вон из кабинета, мимо ошеломленной секретарши, к выходу.

На улице меня ослепило солнце. После душного полумрака офиса город казался нереально ярким, почти болезненно красивым. Небо — высокое, пронзительно-голубое, чистое до звона. Солнце путалось в сочной майской зелени деревьев, рассыпая по асфальту золотые искры.