Книга Бабушка, я замужем (но это не точно), страница 19 – Аля Авилина

— Я фотограф, — представился он. — Тут мимо проходил, увидел вас — очень фотогеничная пара. Можно пару кадров для портфолио?

— Можно! — тут же согласилась бабушка, пока мы рты раскрыли. — Конечно, можно! Это ж судьба! Бесплатно?

— Бесплатно, — улыбнулся парень. — Мне практика нужна.

— Вот видите! — всплеснула руками бабушка. — Сама судьба вам фотографа посылает. Снимай, сынок, снимай!

Фотограф оказался шустрым. Он заставил нас встать у окна, потом у колонны, потом на фоне лепнины. Мы послушно меняли позы, улыбались, обнимались, и с каждым кадром я чувствовала, как Руслан прижимает меня к себе всё крепче.

— Отлично! — щёлкал фотограф. — А теперь поцелуй! Для романтики!

Мы замерли.

— Давай, — шепнул Руслан. — Для дела.

Я закрыла глаза и потянулась к нему. Его губы коснулись моих — легко, почти невесомо. На секунду. На миг. Но этого хватило, чтобы в голове взорвались все мыслимые фейерверки.

— Шикарно! — заорал фотограф. — Ещё!

Мы послушно поцеловались снова. И снова. И каждый раз я забывала, где нахожусь. Остались только его губы, его руки на моей талии и этот сумасшедший стук сердца, который, кажется, было слышно во всём ЗАГСе.

— Снято! — объявил фотограф. — Спасибо, ребята! Я скину вам фото, куда скажете.

— Диктуй телефон! — тут же подскочила бабушка.

Пока она записывала контакты, мы с Русланом стояли и смотрели друг на друга. Молча. Долго.

— Ань, — начал он.

— Не надо, — перебила я. — Пожалуйста. Не сейчас.

Он кивнул. Отвёл глаза. И стена между нами стала ещё толще.

Вечером мы сидели на кухне втроём. Бабушка рассматривала фотографии в телефоне фотограф уже скинул первую партию, оперативный попался. Ба ахала, охала и тыкала нас носом в экран.

— Глядите, какие красивые! Прямо как настоящие!

— Бабуль, мы и есть настоящие, — вяло возразила я.

— Настоящие-настоящие, — согласилась она, но как-то странно. — Ладно, я спать. Завтра рано вставать — к Лидии Ивановне за рецептом салата. Вы тут... не шумите.

Она ушла. Мы остались одни. На кухне горел только свет от вытяжки, за окном шумел город, а между нами висела тишина.

— Показать? — Руслан взял телефон.

— Давай.

Он сел рядом. Ближе, чем следовало. Я чувствовала тепло его плеча, запах его одеколона, слышала дыхание. Он листал фотографии, а я смотрела не в экран, а на него.

— Смотри, эта удачная, — говорил он, показывая снимок у колонны. — Ты тут красивая.

— Ага.

— А эта... — Он замер на кадре, где мы целовались. На фотографии было видно, как я прижимаюсь к нему, как его рука лежит у меня на пояснице, как мы оба забыли, что нас снимают.

— Красиво, — выдохнула я.

— Ань... — Он повернулся ко мне. Так близко, что я видела каждую ресницу. — Я всё понимаю. Про дружбу, про страхи. Но посмотри на это. — Он ткнул в экран. — Это не игра. Это мы. Настоящие.

Я смотрела на фото и не могла возразить. Мы действительно выглядели как люди, которые любят друг друга. Потому что, кажется, так оно и было.

— Я боюсь, — призналась я шёпотом.

— Я тоже.

— А если не получится?

— А если получится?

Я закрыла глаза. В голове билась одна мысль: либо сейчас, либо никогда. Либо мы рискнём, либо будем жалеть всю жизнь.

— Руслан, — сказала я, открывая глаза. — Поцелуй меня. По-настоящему. Без камер и без бабушки.

Он не ответил. Просто придвинулся ближе, взял моё лицо в ладони и поцеловал. Медленно, осторожно, будто боялся спугнуть. А потом я обвила руками его шею и притянула к себе, и поцелуй стал жадным, отчаянным, как тогда на кухне.