Книга Без права на ошибку. Спасти свою дочь, страница 32 – Кэти Свит

Подобные контракты составляются узкопрофильными юристами. Они проработаны от и до. Ни единой оплошности в договоре быть не может, ведь они проверяются вплоть до каждой запятой.

— Сама-то как? – выждав паузу, спрашиваю у стоящей перед собой девушки.

Руки не слушаются, я должен ее отпустить, но все не выходит.

Эмоции оказались сильнее, чем я думал прежде.

Стараюсь показывать свое участие и готовность прийти на помощь, но тем не менее хочу держаться чуть в стороне. В конце концов, того требует врачебная этика.

Настя поднимает взгляд и смотрит мне в глаза, а заглядывает прямо-таки в душу. Сердце аж замирает.

Я не могу оставаться в стороне, когда Настя в беде. Пусть говорит, что хочет, но она никого не обманет. Мы друг другу не чужие люди, и пора сей факт просто признать.

В конце концов, прошлое не изменишь. Не так ли?

Случилось нечто такое, над чем она не властна и чего очень боится. Я просто обязан помочь.

Обеспокоенно смотрю на девушку, пытаюсь придумать, как ей помочь, но в голову ничего путного не приходит.

Ведь когда ты совсем не в курсе ситуации в целом, переживаний и проблем, то ничего не получится. Своими попытками помочь девушке я скорее наврежу.

Без четкого понимания ситуации разве можно ее исправить?

Вряд ли. Особенно, когда дело касается тонких линий закона.

Видеть страдания Насти стало для меня самым настоящим испытанием.

Смотрю на нее и не могу оторвать взгляд. В груди появляется незнакомое ранее чувство, и оно мне не нравится. Щемит. Трудно дышать.

Такое ощущение, словно мое сердце зажали в тисках и не хотят отпускать, не удержавшись растираю грудную клетку.

Переживаю. Очень.

Настя поворачивается и смотрит на меня заплаканными глазами.

— Мне так стыдно, – произносит, опуская глаза на свои переплетенные руки. – Это был нервный срыв. Прости. Я со всем разберусь.

— Как? – не сдерживаясь, усмехаюсь.

— Как-нибудь, – поднимает плечами. – Не впервой.

Последняя ее фраза что-то ломает во мне.

Дима ушел, а я чувствую себя опустошенной. Сил больше нет, и это состояние меня убивает. Проходит день, ночь, наступает следующий день, но Ланской почему-то больше к нам не приходит.

Сначала я придумывала всевозможные уважительные причины, а после поняла – ему не до меня. В отделении Димы нет и до понедельника он не появится, дежурить будут другие.

Мне остается только продолжать ответственно и в полной мере выполнять распоряжение врача.

Но, как бы я ни старалась, все равно с завидной периодичностью смотрю на дверь и прислушиваюсь. Мне очень хочется услышать знакомый голос, снова поймать на себе взгляд внимательных серых глаз.

Но вместе с тем я каждую секунду жду, что откроется дверь и в палату войдет жена биологического отца моей дочки. Морально готовлюсь к столкновению с ней.

Уверена, мне придется несладко, ведь там далеко не простые люди, и связи у них соответствующие. Мне такого влияния, как у них, век не видать.

Но вместе с тем я точно знаю, что, как бы ни напирали на меня, от Вики ни за что не откажусь. Буду бороться до последнего!

— Юлька, привет! – набираю свою подругу. Мне нужно выдохнуть, а Юля – это тот самый человек, который зарядит оптимизмом по полной.

Она, даже находясь в самой глубокой яме, найдет чему радоваться. Живчик мой.