Книга Ребенок из прошлого. Шанс на семью, страница 46 – Кэти Свит

Да, детка, я могу быть слишком резким.

Да и как иначе, когда ни о чем, кроме близости, думать сейчас не могу? Мне это нужно просто капец.

В конце концов, реакция моего тела вполне объяснима.

— Может быть, ляжешь со мной? – робко интересуется. И тут же заливается краской.

В горле пересохло.

Беру из рук девушки кружку с давно остывшим глинтвейном, делаю большой глоток и уже пустую емкость ставлю на стол.

— Нет, Марина, – заявляю безапелляционно. – Иди в кровать, – бросаю короткое. – Там постелено.

Резко поднимаюсь из–за стола. Мне нужно немедленно попасть в душ. Ледяной! Такой, чтоб аж скулы сводило.

— Хорошо, – печально опускает голову вниз. – Будет сделано.

От последней фразы девушки буквально взрывает меня. Неужели не понятно, что я в первую очередь действую в ее интересах?

Если задержусь хоть на один крошечный миг, то все. Звездец!

Я ж прямо на этом столе ее отымею.

Нет–нет–нет. Игнатов, держи себя в руках!

И с этими мыслями я устремляюсь в ванную комнату.

Мне требуется достаточно много времени, чтобы остудить свои желания и унять, рвущийся из самого центра души, порыв немедленно присвоить девушку, но, в конечном итоге, я побеждаю себя. Выключаю воду, наспех вытираюсь и, постукивая зубами от холода, выхожу из душа.

В квартире стоит кромешная темнота, лишь из–под закрытой в спальню двери показывается узкая полоска света. Тишина нарушается лишь ритмичным стуком стрелок часов.

Включаю ночник, достаю из шкафа подушку и плед, и, не расстилая диван, падаю на него.

Стоит только голове коснуться подушки, как сразу же отключаюсь.

И резко подскакиваю на диване в какой–то миг.

Сердце бьется слишком быстро, нехорошее предчувствие зреет в груди. Сна как и не бывало.

Прислушиваюсь и вдруг до моего слуха доносятся тихие всхлипы. Поднимаюсь на ноги.

Нет, это уже ни в какие ворота не лезет!

Подхожу к спальне и без стука открываю дверь.

— Марина, что случилось? – спрашиваю у сжавшейся в комок девушки. Осторожно присаживаюсь на край кровати. – Кто тебя напугал?

Я стараюсь говорить мягко и тихо, не выказывая эмоций и не позволяя перепуганной девушке переживать.

— Все в порядке, – отвечает спустя какое–то время. Шмыгает носом.

— Да ладно? – скептически подмечаю. Охреневая, смотрю на нее.

Марина натягивает одеяло до самого подбородка, садится. И смотрит на меня, словно дикий испуганный зверек.

— Может, поделишься? – предлагаю. – Иногда, чтобы справиться с проблемой, достаточно просто о ней рассказать.

Я очень сильно стараюсь не пережестить, хоть самого сейчас бомбит не по–детски. На память приходит рассказ Санька про кошмары сестры, и тут я понимаю, что проблема гораздо глубже, чем думал Хмельницкий.

— Марина, – вновь обращаюсь к ней. – Если ты будешь молчать, то ситуация не изменится.

— Она уже поменялась, – отвечает девчонка, сама не подозревая того, что выдает себя с потрохами.

Я ж теперь не отступлю! Выясню, что именно вызывает у нее столь сильные переживания.

— Ну раз поменялась, – нехотя поднимаюсь с кровати.

Уходить не хочу, оставлять ее одну дико не по себе, но оставаться рядом тоже опасно. Поэтому я все же решаю выказать свое намерение уйти.

— Постой! – Марина кидается вперед и хватает меня за руку.

— Что? – останавливаюсь.

— Пожалуйста, побудь со мной, – просит заплаканными глазами.