Книга Врачебная тайна. Шанс на счастье, страница 20 – Кэти Свит

А Марина мне в этом поможет.

— Сможешь с племянником поближе познакомиться, а также подзаработать, – смотрю на сестру. – Ну так что? Согласна?

— Мам, я не могу разорваться, – чуть ли не плача обращаюсь к матери. – С Федей могу оставить только тебя, больше некого, – в очередной раз пытаюсь до нее достучаться. – Степка в больнице. Один! – с трудом сдерживаю слезы. Сердце в клочья. – Я нужна ему там….

— А здесь ты нужна Феде, – отрезает сурово. – Степа твой под присмотром врачей, а тебе нечего лишний раз в больницу мотаться. Там куча заразы! Еще притащишь чего, – фыркает.

— Мама! – вспыхиваю. Я просто в шоке. – Это реанимация! Какая там может быть зараза?

Так и хочется спросить в своем ли она уме. Вот честно!

— Степа годовалый малыш! Ему плохо! Он в реанимации! – пытаюсь достучаться до нее. Но судя по всему, бесполезно.

Разворачиваюсь к Феде, подхватываю его на руки и иду в коридор. Раз мать не желает смотреть за малышом, то я поеду в больницу вместе с ним. Других вариантов просто не вижу.

От негодования, досады и злости меня всю трясет. Как так можно погано относиться к своим детям?

То Лешу пытается помирить с Лизкой, хоть та неоднократно вытирала ноги о брата и не сделала для него ничего хорошего. То теперь активно вставляет палки в колеса, участвуя в моей жизни.

Наседает, чтобы я помирилась с Гришей. Мол, дети должны расти в полной семье.

Она не желает слышать никакого другого мнения помимо своего собственного.

— Ты куда? – идет следом за мной.

— В больницу! – рявкаю. Сдерживать эмоции уже не могу, они оказываются сильнее моего самоконтроля.

— Федю оставь, – говорит.

Резко разворачиваюсь и смотрю на нее возмущенно. Приличных слов больше нет.

— Ты ж не хотела быть с ним, – не скрываю своего недовольства. Пусть видит!

Блин, как же меня трясет. Нервы расшатались, собрать себя в кучу не могу.

— Я еду в больницу к сыну, мам, – отрезаю. – Бросить все и сорваться к тебе не смогу, – специально предупреждаю. Чтобы потом не обвиняла меня во всех смертных грехах, как она любит. – Так что ты либо остаешься с Феденькой до поздней ночи, либо он едет со мной!

Мать хочет что-то сказать, но в этот момент раздается звонок в дверь.

— Ты ждешь кого-то? – тут же напрягаюсь.

У меня такое воинственное настроение, что я готова рвать и метать. Если это Лизка или ее мать явились без приглашения, то им не поздоровится. Уж точно!

— Нет, никого, – растерянно произносит мама.

Странно…

Открываю дверь и от неожиданности делаю шаг назад. Теряю дар речи.

— Ты что здесь делаешь? – во все глаза смотрю на Хмельницкого.

Он явился ко мне не один. С какой-то девушкой.

— Привет, – спокойно здоровается. Словно не слышал претензии в моем голосе. – Я к тебе помощницу привел, – слегка приобнимает пришедшую с ним.

— Помощницу? – скрещиваю руки на груди, смотрю на Сашу щурясь. – А кто сказал, что она мне нужна? – спрашиваю с вызовом.

— Лис, – устало вздыхает. – Прошу, не начинай, – произносит по-прежнему совершенно не поддаваясь на мои гневные выпады.

Хмельницкий остается спокойным, словно удав. От него исходит только сила и мощь, без злости и агрессии.

Сама не замечаю, как бушующая в груди ярость затухает.

— Марина сможет тебе помочь и посидит с Федей, – продолжает уверенным голосом. – Ты сможешь спокойно находиться в больнице, а твоей матери не придется круглосуточно сидеть с ребенком.