Книга Страшно любить ангела, страница 58 – Екатерина Аверина, Кэти Свит

— Ты — мой ангел, — вдруг шепчет она. — Ангел-хранитель, — улыбаюсь.

— Откуда ты знаешь мое армейское прозвище? — задирает на меня голову и удивленно смотрит. — Что? — уже открыто смеюсь. — Меня в части на срочной еще так прозвали. И не только за необычную внешность, малыш. Ангел — не всегда хорошо, скажем так. Я скорее наоборот.

— Нет, — возражает девушка. — Это для других может ты чудовище. Для себя. А для меня… Денис, ты все время меня спасаешь. Плохие люди так не поступают.

— А может у меня просто есть свой интерес? — совершенно серьезно задаю ей вопрос.

— Может быть, — пожимает она плечами, а у меня член скоро прорвет штаны от невыносимого, болезненного возбуждения. — А может ты сам себя в этом убедил? В любом случае, я всегда буду благодарна, — замирает и через секунду снова забавно задирает голову, чтобы посмотреть на меня. — Расскажешь?

— Что тебе рассказать? — погладил ее по спине, проведя пальцами вдоль позвоночника.

— Почему тебя так прозвали? — в красивых голубых глазках море любопытства. Подозреваю, если я не отвечу, Леся не будет спать всю ночь. Она такая милая сейчас. не прячется, не закрывается. Девушка начинает открываться передо мной. Теперь нельзя все испортить и тщательно подбирая слова, я начал свой рассказ.

— Я никогда не был особенно добрым. В школе частенько дрался. Стал старше, спускать пар ходил в спортзал. Но неизменной страстью с самого детства было оружие. Разное. В основном, огнестрел. И к спортзалу постепенно прибавились стрельбища и заброшенные полигоны, где я пропадал часами, отстреливая обойму за обоймой. Отрабатывая, оттачивая навыки до идеала. Попав в армию, на первом же спарринге уложил половину отряда и вышел на равных из боя с тренером. Затем показал себя в местном тире и в полях. Командиры быстро просекли, что к чему. Мне предложили особый курс подготовки. Если не сломаюсь, попаду в закрытый боевой отряд для спецопераций. Естественно, я согласился. Это был ад. Меня и еще двоих парней из соседней роты гоняли до кровавых соплей. И через три месяца выдали особую форму, знаки отличия и доступ к складу с оружием… — задумался, стоит ли рассказывать дальше, но Леся поерзала от нетерпения и погладила пальцами мою ладонь, лежащую на животе. Едва улыбнувшись, решил устроить немного более углубленный экскурс в свою жизнь, опуская подробности там, где это возможно. — Я попал в отряд наемников, Лесь. Мы устраняли людей по заказу высокопоставленных лиц и правительства. В основном боевиков и прочих уродов, взять которых законно не представлялось возможным. За безжалостность и хладнокровие я и получил прозвище “Ангел”. Ангел смерти — поясняю ей. Я не хороший Лесь. Совсем наоборот, — замолчал. Рассказывать, что было дальше пока не буду. Этого то много. Не хочу, чтобы малышка меня боялась, но хочу, чтобы понимала, кто я такой. Что я такое. Машина для убийства. Холодный, расчетливый, опасный и вечно злой.

Закончив свой рассказ, прислушался к спокойному, размеренному дыханию своей девочки. Леся уснула, закинув одну ногу на меня, рукой обнимая за пояс. Малышка размеренно дышит и спокойно спит. Мой котенок. Это хорошо. Слышать последние слова ей было совершенно не обязательно. Осторожно поцеловал ее в светлую макушку и тоже закрыл глаза. Пока есть возможность, мне самому не повредит сон. Завтра еще раз поговорю с ней о переводе в клинику к Алексу и нужно вернуться к работе, а также очень о многом подумать.