Книга Случайный папа для близняшек, страница 63 – Кэти Свит

Тело ломит. Малейшее движение отзывается болью, конечности не слушаются. Я никак не могу понять, что произошло.

— Она приходит в себя, шеф! — над моим ухом раздается громкий мужской голос. Его обладатель мне незнаком.

Неизвестность напрягает. Невозможность взять ситуацию под контроль или хотя бы немного в ней разобраться пугает. Кто находится рядом? Друг или враг?

Веки не поднимаются. Они тяжелее бетонных армированных плит. Каждая попытка открыть глаза приводит к новому витку острой боли. Сжимаю зубы, чтобы не закричать.

Прислушиваюсь. Пытаюсь унять рвущуюся из груди панику. Я стойко убеждена, что произошедшая авария не стала случайной. Все было крайне ловко подстроено и я попалась в ловушку.

Как бы мы с Вадимом не старались, в конечном итоге Игнатов смог нас переиграть. Мы его недооценили. Он оказался хитрей.

Шум улицы доносится как бы издалека. Ветра нет, знакомых запахов тоже. Судя по всему я нахожусь в закрытом пространстве. Оно небольшое, очень похоже на фургон.

Ну да. Точно! Может быть микроавтобус или минивэн. В любом случае какой-то транспорт. Он приходит в движение каждый раз, когда рядом проносятся другие автомобили. Если едет легковушка, то крайне слабо дёргается, а если большегруз, то сильней.

Пересиливая слабость и боль начинаю анализировать. От полученных выводов становится только страшней.

Мы за городом. Далеко, между прочим! Поток машин не такой интенсивный каким должен быть вблизи.

Позвонить бы Вадиму. Дать весточку, что попала в беду. Только понимаю, что все бессмысленно, люди Игнатова опытны и опасны. В первую очередь они должны были выкинуть мой телефон.

Нужно срочно приходить в себя! Я должна попытаться найти лазейку для побега!

Пытаюсь подвигаться. Не могу. Руки не слушаются, ноги тоже. Каждое движение причиняет неимоверную боль, конечности не чувствую, они затекли. Такое чувство словно меня связали.

Холод пробегает по позвоночнику, паника захватывает контроль. Пытаюсь открыть глаза, но дурацкая слабость не позволяет. Злюсь на себя. Надо же было так глупо встрять! Вадим оказался прав, лучше было переждать бурю у него дома.

Сердце начинает биться чаще, слезы так и норовят наполнить глаза. Обидно. Так обидно, что словами не передать! И страшно… До одури.

— Кто вы? Где я? — спрашиваю едва ворочая языком. Мне крайне плохо.

— Это уже не важно, — произносит мужчина, что стоит справа от меня. — Ты больше никогда к своим друзьям не вернёшься.

— Вы угрожаете мне, Михаил Лаврентьевич, — едва сдерживая ужас произношу. На удивление, я могу говорить спокойным тоном.

Я узнала его. В ту же секунду, как ублюдок открыл свой поганый рот. Ненавижу его! Всей душой, всем естеством, всем сердцем!

— Оксана Валерьевна, какая честь! — довольный голос морального урода не на шутку бесит меня. Хочу встать на ноги и расцарапать ему лицо. Чтоб неповадно было! — Спустя столько времени вы даже с закрытыми глазами узнаете мой голос!

— Такого ублюдка, как вы, я ещё не встречала, — подмечаю едко. — Поэтому и голос запомнила. Чтобы стороной обходить. За километр.

— Ха! — ухмыляется. У него ещё есть время издеваться надо мной? Вот гад же…

Снова пытаюсь открыть глаза. Опять не получается. Ааар! Бесит!

— Вы же только и можете, как связывать хрупких беззащитных женщин. Ведь так? — поддеваю его. Чувствую, мы ещё долго будем играть в кошки-мышки.