Книга Случайный папа для близняшек, страница 70 – Кэти Свит

Сотрудники органов безопасности, что выехали за нами, должны знать с чем именно будут иметь дело. Надеюсь, что Мирон Степанович им расскажет обо всем. Так будет правильно.

Мужчины беседуют ещё несколько минут, но я уже не вникаю в суть их разговора. Я нежусь в объятиях Вадима и пытаюсь хоть немного прийти в себя.

— Ксюш, — слышу сквозь сладкую негу. Приоткрываю глаза. Я не заметила, как задремала.

— Вадим, — смотрю на мужчину.

— Ты как себя чувствуешь? — спрашивает с беспокойством. Убирает прядь волос с лица. Замирает увидев царапину. Глаза становятся чернее южной ночи. — Кто это сделал? — задаёт вопрос. От сурового тона внутри все покрывается инеем даже у меня. — Игнатов⁈

— Все хорошо, — прижимаюсь крепче к нему. — Я в безопасности. Теперь все в порядке.

Вадим в ярости. Зубы сжаты, желваки ходят ходуном, губы превратились в тонкую линию.

— Я уничтожу его! — рычит. Злости не прячет.

Хочу сказать, что не надо. Я не хочу, чтобы Вадим марал руки. Рана заживёт, шрама не будет. Я очень на это надеюсь.

Не успеваю даже закончить мысль в своей голове, как начинается штурм.

За окном раздаются громкие хлопки, мужские голоса, чьи-то крики. Топот ног, глухие удары, несколько выстрелов и… тишина.

— Все закончилось! Открывайте! — раздается по ту сторону двери.

— Вы от кого? — громко спрашивает Вадим. — Хочу исключить подставу, — шепотом объясняет мне.

— От Степанова! Крестного отца пострадавшей, — доносится с улицы. Вадим к даёт на меня полный изумления взгляд.

— Мирон Степанович мой крестный, — подтверждаю.

— Охренеть! — все, что отвечает Богданов на мое признание.

Поднимается, открывает дверь. В дом тут же входят вооруженные люди в черном специализированном обмундировании. Перекидываются несколькими фразами с Вадимом, берут нас в кольцо.

Меня и Богданова держат под пристальным вниманием все то время, за которое дом и его окрестности осматривают, изучают, ищут улики. Лишь убедившись, что вокруг безопасно, нам позволяют выйти. Естественно при сопровождении людей в черном. Куда ж без них.

Жду у служебного автомобиля. Я отказался уезжать не убедившись, что Игнатова взяли. Живым, мертвым, плевать! Мне нужно быть уверенным, что ублюдок находится под стражей. Что никакой адвокат, даже самый высокооплачиваемый, не вытащит его оттуда за залог.

Одного раза оказалось более, чем достаточно. Слишком высока цена.

Ксюша в карете «Скорой помощи». Ей обрабатывают раны. Как бы не хотелось остаться, пришлось уйти. Она попросила.Не хочет, чтобы я видел все повреждения. Моя отважная девочка.

Может оно сейчас и к лучшему. Мне за глаза хватает того, что я уже успел увидеть. Если же покажет остальное, то крышу сорвет. Я не удержусь и уничтожу ублюдка.

Он самая последняя тварь на земле. Мараться о такого, как Игнатов, себе дороже.

Стараюсь отвлечься от угнетающих мыслей. Выходит не очень, но всяко лучше, чем ничего. Игнатова посадят. Я проконтролирую лично. Больше эта тварь никогда никому не сможет причинить вред.

Люди в форме беспрерывно снуют туда-сюда. Обмениваются короткими фразами, делают свою работу. Для них подобное мероприятие в порядке вещей. Не думаю, что таких можно удивить хоть чем-то.

Раз за разом прокручиваю в голове произошедшее. Пытаюсь понять где прокололся. Ведь в ужасах, которые пришлось испытать Ксюше, в первую очередь виноват я. Не она. Я допустил оплошность.