Книга Без измен. Покорю твое сердце, страница 67 – Кэти Свит

— Подлить? — предлагает Слава, поднимая бутылку вина.

По-хорошему мне нужно отказаться, но напиток такой вкусный, а я такая уставшая…

— Да, — киваю, опуская стакан на стол. — Благодарю, — останавливаю, когда налита уже половина.

Бессонов понимает меня без лишних слов.

Чокаемся бокалами, пьем вино. Оно в меру терпкое и не сладкое, но все равно вкусное. Главное не переборщить, а то утром обеспечена головная боль, да и в принципе, с любым подобным напитком всегда нужно быть острожной.

— У меня такой сильный стресс, что даже вино не берет, — признаюсь. Голова лишь немного затуманена, думы не думаются.

— Это тебе только так кажется, — заверяет Слава.

Он пересаживается на диван рядом со мной, двигает ближе к нам тарелку с сыром и фруктами. Приподнимает бокал, делает небольшой глоток.

Я повторяю его движение следом.

— Милославский не тронет ни тебя, ни Ваню, — говорит с непробиваемой уверенностью.

— Думаешь? — продолжаю сомневаться. Мне слабо верится, что такой суровый человек, как Антон, способен проглотить предательство.

— Знаю, — заверяет.

Поворачиваю голову, смотрю на Славу и понимаю, что тону в его глазах. Они меня манят.

Бессонов берет из тарелочки виноградину, задумчиво крутит в руках, а затем кладет мне в рот. Жую.

— Очень вкусно, — произношу, облизывая губы.

Он не сводит с них пламенный взгляд. Сглатывает.

Между нами зарождается огненная химия.

Слава берет еще одну виноградину, повторяет движение. Я так же ем.

Бессонов становится еще ближе.

Подносит свой бокал к моим губам, я делаю глоток. Он допивает остаток. Возвращает бокал на стол.

— Я рад, что тебе понравилось, — его низкий, хриплый голос пробирает до глубины души. Кожа покрывается мурашками, а в легких вдруг резко перестает хватать кислорода.

Слава приближается еще сильнее. Я могу чувствовать тепло его губ.

Открываю свои, делаю глубокий рваный вдох.

— Все было очень вкусно, — шепчу. По венам вместо крови бежит кипяток.

В груди становится томно и тесно, сердце так и норовит выскочить из клетки. Голова кругом, и в этом виновато никак не вино.

Только стоит нашим губам соприкоснуться, как мы срываемся в чувственном, пламенном поцелуе. Слава действует осторожно, он не напирает, а словно пробует меня на вкус.

Я ощущаю себя самым вкусным десертом, а он слизывает сливки. Отдаюсь. Не думаю.

Не желаю возвращаться в реальность, она слишком сурова и жестока для меня.

Кладу руки ему на плечи, провожу ладонью по крепкой шее, зарываюсь пальчиками в волосы на затылке и тяну еще ближе к себе. Он обхватывает меня за талию, приподнимает, и я не успеваю опомниться, как оказываюсь у него на коленях.

Наш поцелуй стирает все границы дозволенного.

— Можно? — спрашивает, забравшись рукой под кофту. Прикосновение мужских рук на нежной коже отзываются ожогами, распаляют и подталкивают вперед.

Киваю.

Восхищение в глазах Бессонова ни с чем не сравнить. Его взгляд выражает куда больше эмоций, чем слова и поступки. Голубые глаза наполнены страстью, и я тону в них, как в море.

Прыгаю с самой высокой горы. Без страховки. Вниз головой.

Поцелуй переходит на новый виток, нам обоим становится тесно.

Подхватив меня под бедра, Слава поднимается и несет меня в спальню, там мы, не раздеваясь, падаем на кровать. Он нависает сверху.