Книга Двойня для генерального, страница 3 – Кэти Свит

— Никто никуда тебя не выгоняет, — отмахивается она. — Живи, сколько хочешь!

— В одной квартире с сестрой, которая у меня мужчину увела? — округляю глаза.

— А что здесь такого? — спрашивает как ни в чём не бывало. — Не могу же я позволить Кире жить где-то ещё? — пожимает плечами. — Её и Матвея не было в стране несколько лет, дети совершенно отвыкли от города! Да они от родного языка отвыкли! Понятия не имеют обо всех изменениях, что произошли, — слушаю её и не слышу. В ушах шумит. — Поживут здесь, обвыкнутся, а дальше уже сами решат как и куда двигаться дальше.

— Ты вообще слышишь себя? — от возмущения у меня не хватает слов. — Я не могу жить с ними под одной крышей!

— А это уже твои проблемы, ты не находишь? — впивается взглядом. — Я обещала не рассказывать твоей сестре, что ты принесла от её мужа и я своё слово сдержала! С остальными своими проблемами будь добра разбирайся САМА!

Мать уходит громко хлопнув дверью. На комнату опускается тишина.

Сижу на кровати. Обхватываю голову руками. Дрожь пробирает до костей, зубы стучат. Холодно.

Забираюсь с ногами на кровать, укутываюсь в плед, обнимаю себя руками в тщетной попытке согреться. По щекам текут соленые слёзы.

Я любила Матвея, мы были счастливы. Он даже сделал мне предложение! У нас свадьба должна была быть через три месяца.

А потом…

Потом всё рухнуло. Я осталась одна. С двумя полосками на тесте для определения беременности и с запиской от любимого мужчины:

"Разбирайся с этим сама."

— Мама! — весело кричит моя дочка. Она машет мне рукой и улыбается, счастливая. На прогулочной площадке в детском саду осталось не так много детей, как я думала. — Привет!

— Привет! — киваю ей головой.

Маруся оставляет у игрового городка девочек, с которыми играла и спешит в беседку. Там хранятся вещи воспитанников детского сада пока те гуляют. Малышка забирает свой рюкзак в виде мордочки кошки, рисунки, очередную поделку, что она сделала с подружками после тихого часа.

— Мамочка, привет! — подходит ко мне. Обнимаемся.

— Привет, моя хорошая, — прижимаю малышку к себе, целую в макушку. Вроде бы не виделись день, а я уже соскучилась. — Как дела?

— Хорошо, — заявляет бодрым голосом. — А мы пойдем сегодня на рисование? — спрашивает у меня невинно хлопая ресницами.

Только хочу сказать, что у нас сегодня фигурное катание, но не успеваю и рта раскрыть, как меня перебивают.

— Маруся, будь добра, позови брата, — к нам подходит Нина Ивановна. Воспитатель моих детей. Вечно всем недовольная женщина с заоблачным самомнением и короной на голове.

Дочка бросает на меня беглый взгляд, я слегка заметно киваю. Она округляет глаза и уносится за братом.

— Нина Ивановна, я вас уже неоднократно просила не перебивать, когда я разговариваю с дочерью, — поворачиваясь к женщине строгим тоном обращаюсь к ней.

— А я вас неоднократно просила оплачивать услуги детского сада вовремя. Сегодня одиннадцатое число, от вас до сих пор чека об оплате нет, — её скрипучий и противный голос лишь усугубляет мою неприязнь.

— Не переживайте, я всё оплатила, — заверяю её. Отворачиваюсь. Продолжать бессмысленную дискуссию не собираюсь. У меня и так настроение хуже не придумать, а Нина Ивановна так и нарывается на конфликт.

Обойдётся! Не собираюсь я с ней ругаться. Мне ещё нервы мои сегодня будут нужны.