Книга Зимняя сказка. Забава для близнецов, страница 21 – Кэти Свит

— Нужно! – снова наставляет с жаром. – Обильное теплое питье! – прикрывает рукой динамик, кричит в соседнюю комнату сыну, снова возвращается ко мне. – У тебя ромашки тонна. Ее завари и отпаивай девочку.

— Спасибо, Ален, – произношу от чистого сердца.

— Жаропонижающие чередуй по действующему веществу, засекай время, – продолжает, словно не слышит моих слов. – О! Небулайзер покупайте! – спохватывается. – Вот прямо сейчас дуйте в аптеку и покупайте. Без него вам не обойтись.

— Точно? – чуть ли не вою. Бедный ребенок… – Небулайзер – это что такое вообще?

— Ингалятор современный, – ухмыляется Аленка. – Не переживай, это отличная вещь.

Выслушиваю наставления по тому, как правильно выбрать, на что обратить внимание. И почему компрессорный в первую очередь брать.

Оказывается, дети – это не только игры, веселье и постоянный бедлам, но и еще целая наука по их воспитанию и лечению. Упускать ничего нельзя.

Как же сложно быть родителями… Капец.

Звонок в дверь возвращает меня в реальность. Тут же спохватываюсь, выхожу в коридор, подхожу к входной двери.

— Забава, к детям иди, – перекрывает дорогу Марк.

— Почему? – искренне удивляюсь.

— Потому что женщина должна заниматься детьми, а мужчина открывать посторонним людям дверь, – безапелляционно заявляет мне Марк. Теряю дар речи.

— Ермолаев! Твою мать! Ты где пропадаешь? – недовольно рычит Давид.

Я должен был уже как три часа назад быть на работе, но из-за болезни Маши до сих пор нахожусь в квартире Забавы.

Рекомендованный ее сестрой педиатр еще осматривает моих шалопаев. Она сказала, что раз один разболелся, то следом может заболеть и второй.

Ни разу не веселая картина.

— У меня дочь с высоченной температурой, – объясняю Торковскому. Но ему на это пофиг, у него еще нет своих детей. Скоро появится первый. Да и то, там Вика есть. Она будет всем заниматься.

— У тебя под угрозой многомиллионный проект и сотни рабочих мест, – продолжает на меня наседать. – Не поверишь, но у этих людей тоже есть свои дети. Которые тоже болеют. А если у них не будет работы, то они не смогут им лекарства купить.

— Блин, Дава! Вот умеешь ты все красиво извернуть, – ухмыляюсь. Но разумом понимаю: друг прав. – Ладно, я что-то придумаю.

— Уж постарайся, – давит. – Без тебя они не заключат контракт.

— Понял тебя, – говорю недовольно. – Только и ты меня пойми. Я дочь не могу бросить.

— Кто говорит, чтобы ты ее бросал? Приезжай в офис к трем, подпишем предварительный договор, и будешь свободен. Так и быть, очаровывать и соблазнять вместо тебя будет Маковецкий, – ухмыляется. – Он у нас свободен, без обязательств. Пусть отдувается. За всех.

— Мак оценит, – произношу с усмешкой.

Я уже представляю гневную тираду, которую придется выслушивать Давиду, ведь Маковецкий явно не обрадуется возложенной на него миссии. Макар спит и видит, как бы узнать, куда братья Торковские спрятали свою сестру, а заодно и его детей. Он совсем недавно узнал о том, что те в принципе есть.

— Ладно, я что-то придумаю, – обещаю и завершаю вызов.

Возвращаюсь в спальню, но детворы там не нахожу. Иду на голос, захожу на кухню и застываю на пороге. Слова пропадают из головы.

— Я! Я хочу молока налить! – пищит Пашка.

— А я тогда буду мешать! – сипло произносит Маша.