Книга По тонкому льду, страница 11 – Кэти Свит

Я прекрасно знала, что родители в лепёшку расшибутся ради своей любимой и ненаглядной дочери, что стоит Вике только заикнуться о желании купить квартиру, они залезут в долги, наберут кредитов, но выполнят прихоть дочери. Да и жизнь у неё никогда не была полной лишений: она всегда носила хорошую одежду, пользовалась дорогой косметикой, без труда могла спокойно себе позволить каждый день ходить в кафе. У Вики было всё прекрасно и чем обусловлена перемена, произошедшая с девушкой, для меня остается загадкой.

Во все глаза смотрела на бывшую лучшую подругу и поражалась, куда её завела жажда красивой жизни. Заниматься сексом прилюдно, на камеру, а потом, чтоб на тебя еще и дрочили… Видимо, наши моральные устои расходились в совершенно противоположные стороны. Мне было не понять, как можно было согласиться на подобное.

Я уже молчу про возникающие вопросы, лежащие на поверхности. Моральный аспект в расчет не беру. Что делать если:

Если партнёр чем заразит?

Если сделает больно?

Если кто из знакомых увидит? Или того хуже, покажут родителям? Как дальше-то жить? Не понимаю… Хоть убейте, но не понимаю!

Конечно, сейчас Вика утверждает, что сниматься будет только в тех фильмах, которые идут за рубеж. Да и говорит, что партнёр всегда будет предохраняться. И на съемочной площадке нет антисанитарии. И она юридически защищена…

Вика мне много интересного рассказывает, а я сижу и думаю, неужели можно быть настолько слепой и не замечать паутину, в которую добровольно шагнула? Не представляю, как вообще потом от этого можно будет отмыться. И как потом выбраться из этого ужаса тоже не представляю.

Соседка же была полна надежд. Она горела легкими деньгами, её манила слава и близость к роскоши. Я же поняла, что наши пути слишком стремительно расходятся. Как бы ни было больно и печально осознавать, но я не стану молча смотреть, как человек по доброй воле идёт ко дну.

— Вика, да одумайся же ты! — изо всех сил пыталась вразумить подругу, но без толку. — Тебя сначала заманят в клетку, а потом выхода найти не сможешь!

— Вась, отстань! Я не маленькая и сама разберусь! — кипела от гнева девушка. — Не можешь за меня порадоваться, так рядом не держу! Можешь жить, где и с кем пожелаешь!

С этими словами она отобрала у меня мерзкие документы и вышла из комнаты. Я стояла посреди чужой квартиры в полнейшем шоке. Буквально накануне я уговорила Марину оставить нас, чуть ли не вымаливая для неё, Вики, прощение, а теперь эта самая Вика намекает мне на то, чтобы я съехала? Как вообще можно предложить подобное? В голове стояло всё вверх дном.

— Могу даже помочь вещи собрать, — донеслось из комнаты, окончательно разрушая остатки теплых чувств, еще остающихся в сердце.

Словно сговорившись, открылась входная дверь и в квартиру пришла подвыпившая Марина. Одного взгляда на неё хватило, чтобы понять, та тоже не в духе. Хозяйка зло уставилась на меня, словно увидела виновника всех своих бед.

— Вернулась, шалава! — с порога начала орать на меня женщина. — Где шлялась всю ночь, тварь! — замахнулась пакетом, но я сумела в последний момент увернуться от удара.

— Я тебя спрашиваю! — не своим голосом кричала хозяйка квартиры. — Отвечааай!

Мне стало так противно и тошно находиться в этом балагане, что я со всех ног бросилась в комнату, схватила так и не разобранную сумку, покидала туда остатки вещей и пошла на выход.