Книга Мой сводный Б.Е. С, страница 38 – Кэти Свит

Дина сидит на кресле, свернувшись калачиком и крепко спит. Точно, как самая настоящая кошка. Точнее, котенок. Она ещё слишком чиста и наивна.

Захожу в помещение, поднимаю девчонку на руки, стройное девичье тело идеально ложится на них. Дина весит совсем ничего. Она словно пушинка. Сквозь застиранную практически до дыр тонкую ткань футболки без труда прощупываются костяшки.

Внутри тихо зверею. Я запрещу Дине худеть!

Совсем что ли обалдела?! Ещё немного и ветром снесет. Сплошная кожа, да кости. Думает, что парням так понравится больше? Нихрена!

— Евгений? – за спиной раздается недовольный голос моего отца.

Твою ж мать! От не должен видеть, как я несу спящую Дину.

— Я занят. Позже поговорим, – кидаю через плечо, заворачиваю за угол.

— Щенок! Как ты с отцом разговариваешь?! – доносится с дальней части коридора.

— Ровно так, как ты того заслуживаешь, – тихо произношу себе под нос. Повышать голос не стану, у меня спящий человек на руках.

Поднимаюсь на второй этаж. Некоторое время стою напротив двери в комнату брата, раздумываю стоит ли положить на его кровать девчонку, по чьей вине он погиб. Потом понимаю, что нет. Оно того не стоит.

Дело даже не в Ване и его гибели, дело в Дине. Она ведь узнает правду. А потом проклянет и меня, и себя, и весь этот дом.

Остается сделать так, чтобы Кошкина узнала обо всём как можно позже. Но сделать это будет крайне не легко.

Если я хочу сохранить нервы и спокойствие этой девчонке, то придется. Иначе мой отец добьется своего, он мокрого места от Кошкиной не оставит.

Не хочу, чтобы отец претворил свой план мести в жизнь. Какими бы ни были мои мысли и желания, девчонка не виновата в гибели Вани. Она его не просила, я знаю. Решение принимал он сам.

Пусть родитель будет вне себя от ярости. Плевать! Не позволю ему уничтожить девчонку!

Разворачиваюсь и несу Дину в единственное безопасное место в доме. В свою спальню. Здесь не никто не достанет.

Ко мне не посмеют сунутся ни мой отец, ни её мать. Камер слежения и прочих средств «безопасности» в моей комнате нет. Дина может быть абсолютно спокойна.

Ногой захлопываю дверь, укладываю Кошкину на свою кровать. Она настолько вымотана, что даже не просыпается. Охренеть! Что ж нужно было делать всю ночь, чтобы потом вот так днём дрыхнуть?

Запираю комнату на замок. Хоть мне пофиг, если кто войдёт, но уверен, она не захочет афишировать, где спала. Пусть отдохнёт, а после поговорим. Серьезно.

Сажусь в кресло, включаю комп. Пусть Дина спокойно поспит, на могилу брата поеду чуть позже, у меня есть ещё время.

Открываю папку с документами, принимаюсь изучать содержимое. Очень много мелких нестыковок, пробегают по данным ещё раз.

Настойчивая вибрация сотового телефона не позволяет сконцентрироваться как следует. Игнорирую, как могу. Но когда он заходит звонить по пятому кругу, то не выдерживаю. Бесит!

Подхожу к рюкзаку, открываю, шарю рукой в поисках телефона. Не нахожу.

— Да где ж ты, скотина? – ругаюсь негромко. Дина морщится, переворачивается на другой бок. Что-то нечленораздельное бурчит под нос.

— Слушаю, – рявкаю в трубку. Второй час выносить его жужжание выше моих сил.

— Добрый день, – раздается в динамике сухой вежливый голос. – Я могу услышать Диану Станиславовну Кошкину?

— Не можете, – отрезаю. – Что ей передать? – решаю уточнить.