Книга На кого ты меня променял?, страница 39 – Амелия Борн

Он кивнул и сосредоточился на дороге, а я стала смотреть в окно. Перспективы дальнейшей жизни возникали в голове и становились настолько осязаемыми, что мне казалось, будто я могу коснуться своей судьбы здесь и сейчас.

— Кстати, Елена Шефовна уже спрашивала, когда ты выйдешь на первый рабочий день, — словно читая мысли, проговорил Роберт.

Я хихикнула. В последние дни все смешалось в такой яркий калейдоскоп из событий, что я едва успевала вздохнуть. Но теперь выступление было позади, развод с Сахиным много сил не отнимет, а новая работа — это то, что мне нужно. Некий трамплин в той жизни, которая уже у меня началась.

— Нужно будет все же съездить в квартиру Артема и забрать оставшиеся вещи, — задумчиво проговорила я.

Роберт кивнул.

— Обязательно скатаемся в ближайшее время, — ответил он, паркуясь у дома Яны.

Ребята уже написали нам с вопросом, не решили ли мы вместо небольшой вечеринки поехать праздновать с размахом. И сообщили, что нам следует поторопиться, пока они все не съели и не выпили.

— Не хочу, чтобы тебя хоть что-то связывало с Сахиным, Аня, — серьезно проговорил Лаврентьев, и вышел, чтобы помочь мне выбраться из машины.

О том, что я согласилась еще немного продлить агонию, в которую окончательно превратились отношения матери и дочери, говорить Робу не стала. Да и вообще на этот вечер предпочла отключить все мысли о прошлом. Просто наслаждалась компанией, разговорами и обсуждениями спектакля.

И думала о себе в первую очередь, а не о том, что дала согласие попытаться спасти человека, который меня никогда ни во что не ставил.

Правда, делать этого и не понадобилось.

Мама умерла через три дня, так и не приходя в сознание.

Она убила себя сама.

* * *

Зайти в квартиру, которую я раньше считала своим домом, а потом мысленно с нею попрощалась, по эмоциям было чуть ли не ярче, чем мое посещение реанимации. Если бы не Роберт, который вызвался меня сопроводить, я бы, наверное, так и не решилась на то, чтобы переступить порог того жилища, которое было на все сто процентов пропитано присутствием моей матери.

Дианы Адамовны физически больше на этом свете не существовало, но когда я находилась здесь, мне казалось, что ничего не закончилось. Мама будто бы витала рядом незримым духом.

Честно говоря, ощущение то еще…

Однако, мы приехали сюда по делу — нам нужно было передать то платье, в котором Диана Адамовна отправится в последний путь.

— Что станешь делать, когда вступишь в наследство? — бесстрастно спросил Лаврентьев, хотя я и видела, что ему этот вопрос дался с некоторым трудом.

Неужели думает, что если не окажется завещания и я стану обладательницей квартиры, попросту исчезну куда-то из его жизни?

— Пока вообще об этом не думала, хотя бабуля и сказала, что откажется в мою пользу.

Открыв шкаф, я стала копаться в нем в поисках платья, а наткнулась на большой кожаный альбом. Не без опаски взяла его, предвидя, что обнаружу там, например, свои детские фотографии.

Может, мама просто не могла показать, какие чувства ко мне испытывает, но на самом деле она ощущала если не любовь, то хотя бы тепло?

Открыв находку, я едва сдержала вздох разочарования. В альбоме имелось множество фотографий, но связаны они были вовсе не с моим детством. Снимки вообще никакого отношения ко мне не имели — здесь была в основном мама, а еще Артем.