Книга Папа в 50. Его тайные наследники, страница 27 – Елена Попова

— Диана Алексеевна проставляется за увольнение, – отвечает ему Надя.

— Угощайтесь, Александр Юрьевич, – предлагаю я.

— Не откажусь, – с улыбкой подходит к столу, берет пирог с яблоками. – Выглядит аппетитно, а я как раз еще не завтракал.

Откусывает. Вижу, что ему нравится.

— Вам не жаль терять такую сотрудницу? – смеется Надя. – Так бы кормила нас всех, и никакой столовой не надо.

— Свое мнение по поводу увольнения Дианы Алексеевны я уже высказал. Ей лично, – устремляет на меня взгляд. – Но, к сожалению, я не могу пойти против ее воли.

Эта последняя рабочая неделя тянулась бесконечно, честное слово. Мне все время казалось, что против меня зреют заговоры, что Александру уже донесли новость о том, что мальчики являются сыновьями моей сестры, и он, теперь уже понимая, кто моя сестра, подозревает, что я воспитываю его сыновей.

Но слава богу ничего не изменилось после его случайной встречи с Кариной.

Они лишь обменялись взглядами в холле. Не поздоровались, не дали ни одного намека на то, что они знакомы.

Я не позволила Карине жить у меня. Прямым текстом сказала, что не собираюсь с ней нянькаться, и чтобы она летела к родителям.

Два дня она жила у подруги, а ко мне за это время успел приехать ее пока еще муж. Хасан привез мне чемодан Карины.

— Это все, что ей останется, – сказал он с сильным акцентом, и кивнул на чемодан. – Мне жаль, что ваша сестра не такая как вы, Диана. Очень жаль. Вы хороший человек. Дай бог вам здоровья. А ей передайте, что ни один суд не выиграет. Ребенок останется со мной. Я воспитаю из него достойного мужчину.

Сестра приехала за чемоданом и вместе с ним отправилась в аэропорт. Папа сообщил мне, что она прилетела. И он был безумно зол на нее.

— Кукушка! Троих детей бросила! – орал в трубку. – Ничего в этой жизни не добилась! А сейчас будет сидеть у нас на шее?

— Не переживай, это ненадолго, – усмехнулась я. – Скоро она найдет очередного олигарха и съедет от вас.

— И еще родит! – возмущался отец. – А потом снова бросит. Ну вот что нам с ней делать, а?

— Воспитывать нужно было папа, воспитывать! И тебе, и твоей жене нужно было заниматься дочерью, но вы выбрали карьеру. Я старалась как могла, сам знаешь. Но Карина не особо меня слушала. У нее на все была одна фраза: «Ты мне не мать». Вот и получайте теперь то, что из нее выросло. Воспитывайте!

Они, видите ли, не знают, что с ней теперь делать. А где вы были, спрашивается, пока она росла?

Думали, что я буду сидеть с ней в няньках до самой старости?

Когда она бросила детей и укатила в Дубай, ее мать даже бровью не повела. А должна была мозги ей вправить. Должна была достучаться до нее, что так делать нельзя, что дети – это святое, и что они должны стоять на первом месте.

Все это говорила ей я, но она, как всегда, меня не слушала. Потому что я ж ей не мать.

Я была для нее авторитетом лет до пятнадцати, а потом воспитывать ее стало очень сложно. И мне честно стало намного легче, когда она вышла замуж и улетела в Дубай. Я наконец-то выдохнула, наивно решив, что теперь о ней есть кому позаботиться.

Увы, но сейчас она снова предоставлена самой себе. Надеюсь, в Москву не вернется. Иначе от нее одни беды, ей-богу.

В конце рабочего дня обнимаю коллег, а у самой слезы стоят в глазах. Ни за что бы не ушла из этой компании, но обстоятельства вынудили сделать это.