Книга Папа в 50. Его тайные наследники, страница 39 – Елена Попова

Как только раздается хлопок входной двери, я скидываю с себя плед, подбегаю к комоду, на котором спрятан телефон соседки, смотрю на экран, вижу, что секунды по-прежнему бегут, и шумно выдыхаю.

— Слава богу, все записалось.

Выключаю запись и проверяю ее.

Отлично! Карина попала в кадр, звук тоже хороший.

Что ж, она сама себе вырыла эту яму. Как я и говорила, теперь точно не отмоется от грязи.

Глава 20

Александр

— Саш, выслушай, пожалуйста, – плачет в моем кабинете Наталья. – Все не так, как ты думаешь.

— Что именно не так? – отрываю взгляд от документа и устремляю внимание на нее. – Мне послышалось? Ты это хотела сказать? О том, как ты возилась со мной, пока я был в инвалидном кресле, и делала это ради своего будущего. О детях, которые свалились на твою голову, и ты боишься, что я перепишу на них все имущество. У меня были проблемы с ногами, Наташ, но со слухом никогда проблем не было. Можешь не тратить время на оправдания. Освободи свой кабинет сегодня же. Ты здесь больше не работаешь.

— Прошу тебя, Саш, дай мне все тебе объяснить, – шепчет дрожащими губами. – Да, возможно, сгоряча я сказала Свете что-то лишнее, но это только потому что я была расстроена из-за появления детей. Мы не смогли родить своих деток, а сейчас у тебя появилось сразу двое, и я понимаю, что ты полностью переключишься на них. Я рада за тебя, Саш, – прикладывает руку к груди и поджимает губы. – Очень рада, честно, но мне больно думать об этом. Я знаю, что буду лишней в нашей семье, и…

— Тыуже не являешься частью моей семьи.

Смотрит на меня мокрыми глазами так, будто только что это осознала.

— Ты огорчился из-за того, что я плохо высказалась о твоей болезни? Сказала, что мне пришлось с тобой повозиться тогда? Саш, ты услышал только часть разговора, и не так понял. Я же говорила Свете о том, что…

— Если бы тебе тогда не сказали, что у меня есть шанс встать на ноги, то ты не полетела бы в Израиль, потому что тебе не нужен инвалид. Но ты прилетела и таскалась со мной по клиникам. А сейчас на тебя свалились мои дети, и ты не хочешь, чтобы они унаследовали все мое состояние. Именно так ты и сказала.

Встаю с кресла, поправляю пиджак, подхожу к Наталье и выпрямляюсь.

— Мне всегда казалось, что я достаточно хорошо разбираюсь в людях и способен отличить ложь от правды. Но ошибся. Все эти годы рядом со мной был человек, который держал за руку перед операцией, говорил, как сильно переживает, любит, а в его голове были мысли о собственной выгоде. Ты думала только о себе. Откладывала рождение детей, потому что тебе было плевать на то, что я хочу стать отцом и иметь большую семью. И на меня тебе тоже было плевать в тот момент, когда врачи не давали никаких шансов. А как только поняла, что шанс все же есть, и я могу встать на ноги, ты снова оказалась рядом. И не надо оправдываться, Наташ. Мне все понятно.

Отрываю от нее взгляд, подхожу к двери, открываю и киваю на выход.

— Вернись в свой кабинет, забери вещи и уезжай.

— Саш, ты сейчас делаешь очень большую ошибку. Я…

— Выйди вон! – цежу сквозь зубы.

Смотреть на нее не могу. И на ее фальшивые слезы. Даже сейчас она пытается сделать из меня идиота, который что-то не так понял.

Наталья резко меняется в лице, прищуривается, словно давая понять, что я так легко от нее не отделаюсь, закидывает за плечо волосы, выходит из кабинета и цокает каблуками к двери приемной.