Книга Тайная любовь короля, страница 18 – Таша Алферьева

— С этим надо что-то делать.

В спальню мужа Дэйна заглянула лишь под утро — усталая, но довольная. Она чуть ли не на ходу принялась раздеваться, избавляясь от перчаток, украшений, платья, чулок. В конце концов остались только корсет, с которым девушка не могла самостоятельно справиться, и панталоны.

— Помоги, — попросила Дэя, повернувшись спиной к Маэру, с удовольствием наблюдающему за пикантным представлением.

Эльф ловко справился со шнуровкой, и его жена наконец-то смогла глубоко, с облегчением вздохнуть. Она провернулась в кольце мужских рук и потянулась за поцелуем, перед тем как отправиться в купальню.

— Идём со мной, — позвала, лукаво прищурившись.

Скинув остатки одежды, Дэйна забралась в каменную купель, где с наслаждением вытянулась, откинув голову на широкий округлый бортик.

— Светские приёмы — это ужасно утомительно, — пожаловалась она, с улыбкой глядя на мужа.

— Особенно если вместо танцев ты предпочитаешь борьбу на руках с троллями, — не удержался от язвительного замечания Маэр.

— Ты что? Ревнуешь? — рассмеялась Дэйна.

— Да, — Эльф не собирался скрывать свои чувства.

— К троллям? — уточнила девушка слегка изменившимся голосом, поскольку супруг не терял времени даром — опустил правую руку в воду и принялся ласкать её грудь.

— Ко всем. — Ладонь Маэра скользнула по животу вниз, вынуждая девушку томно выгнуться в ожидании более откровенных прикосновений.

Внезапно стало не до разговоров.

Левой рукой муж подхватил её голову и, прежде чем поцеловать, прошептал:

— Ты моя. Никому не отдам.

А затем поймал губами протяжный стон удовольствия.

Позднее, нежась в постели, Дэйна поведала, что Витор подозревает Дагнейрра в подготовке восстания отверженных драконьих кланов и покушения на жизнь императора Иллироса. На вопрос Маэра, почему антарийского короля волнуют чужеземные интриги, девушка напомнила, что одна из его дочерей, несмотря на проклятие, выходит замуж за императора, и пускай Витор официально девочек не признал, ему не безразлична их судьба, по крайней мере той из них, что осталась в Иллиросе. Вторая, Мирослава, пропала без вести более десяти лет назад, когда при вступлении Витора на престол было решено перевезти девочку из столицы в провинцию, дабы злопыхатели потеряли её след и не пытались использовать в своих интригах против не всем угодного на тот момент молодого короля. Вот только особо ретивые сторонники Витора решили, что надёжнее будет и вовсе избавиться от ребёнка — бросить в лесу, где Мира, скорее всего, и сгинула, а если и выжила, то была в том нежном возрасте, когда мало что запоминается, тем более плохое да страшное.

— Ты здесь, чтобы пообщаться с Дагнейрром? — хмуро уточнил Маэриэль.

— И это тоже, — Дэйна пробежалась кончиками пальцев по широкой мужской груди, спустилась ниже, обнаружила полную готовность и вкрадчиво произнесла: — Я сказала тебе больше, чем следовало. Впредь буду молчать.

Мужчина притянул её к себе и с надрывом прошептал:

— Как же я хочу от тебя детей. Хочу, чтобы о нашем браке узнали все вокруг. Хочу назвать тебя своей королевой.

Дэйна оцепенела, напряглась в его крепком объятии, словно он причинил ей невыносимую боль. Маэр тут же повинился:

— Прости. Прости меня. Больше ни слова об этом…

* * *

Утром за завтраком возле эльфийского короля на своём привычном месте сидела Ариэлла — первая фаворитка Его величества. Первая, но не единственная. Были ещё вторая, третья, десятая, и каждая делала вид, что является той самой, с кем правитель Эбикона проводит жаркие ночи. Им бы поговорить друг с другом начистоту, быстро бы выяснилось, что ни одна из них ни разу не побывала в королевской постели, но тому мешали гордость и зависть к более удачливым соперницам.