Книга Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы, страница 5 – Астрадени Джейн

«Красивый…».

И мысли потекли по очень неправильному руслу. Смуглый, с чуть удлинёнными глазами, как у египетского фараона… Изумрудные радужки в сочетании с вертикальными зрачками просто нереальны! Он как будто Вику гипнотизировал. Тёмные, стильно подстриженные и пышно уложенные, волосы. Сетчатая майка и обтягивающие шорты не скрывали его великолепных мускулов, а лишь подчёркивали…

Вика скосила глаза на жало.

— Ты заплатишь, — повторил он.

— Врёшь ты всё! — заупрямилась она. — Твой фланоцикл целёхонек и вообще… Ты меня с кем-то перепутал, — «голос гидши» вернулся. — Это… Это была не я.

— Откуда ты знаешь, что фланоцикл целый, если это не ты?

Остриё вмялось в кожу, не больно, а скорее волнительно.

Вика стряхнула наваждение и сердито уставилась на заламина.

— А нечего расставлять свои фланоциклы, где не попадя!

— Где хочу, там и расставляю!

— Тогда не жалуйся.

— Я и не жалуюсь, а требую восссместить ущерб. И за разбитую фрессску… Вдвойне.

Змей подколодный!

Его шипение сбивало с толку и гасило всякое самообладание.

Вика поёжилась.

— Да кому нужна эта старая рухлядь?

Взгляд заламина потемнел до малахита, а на щеках и на шее проступила замысловатая вязь капиллярного узора.

А кровь у заламинов реально зелёная!

В другое время она бы его сфоткала и выложила в гала-контакт, но сейчас…

Ма-ма!

Викуля задёргалась, но держал он крепко.

— Рухлядь, говоришь? Хорошшшо, чужестранка, ответишь за порушенное доссстояние наггеварской культуры перед законом. Посссмотрим, что решит археологическое галактическое сообщество. За всю жизнь не расплатишься, и дети твои не…

— Ладно-ладно, — Вика вздохнула и пошла на попятный, отводя взор и украдкой озирая холл.

Вот как назло! Никого. Только кибер-рецепция мигает в простенке, а бездельник-охранник куда-то ушлёпал, как всегда. Викуля уповала на то, что кто-нибудь из группы тоже припоздал.

— Сколько?

— Что, сссколько?

— Ну, этих ваших… драхм, рупий, сэптов… Или чего там у вас…

Не галактической же валютой с ним расплачиваться. Слишком жирно! И, разумеется, не Великоросскими брулями. Никаких брулей не хватит!

— Шиссо, — назидательно поправил он, — и этого добра у меня без тебя навалом. А сэпт, к твоему сведению, не денежная единица, а хронологическая. Откуда вас таких необразованных привозят? Но в твоём случае, долг измеряется как раз в сэптах, если не в сэптимелях. Будешь мне служить.

— Чего-о⁈

— Прислуживать мне будешь, пока не отработаешь долг.

— Ещё чего! — Вика вздёрнула подбородок. — Я — гражданка конгломерата. И даже в этой вашей… Империи рабство давно под запретом.

Он нехорошо ухмыльнулся:

— Официально — да, а неофициально… Мне же надо куда-то сцеживать яд в этой глухомани.

Вика шестым чувством смекнула, что он имел в виду что-то непристойное, даже по наггеварским меркам.

— Т-ты, т-ты… Ты! Гад! — нервы у Викуси не выдержали, зато взыграли силы. И она вырвалась от подлого змеюгана-шантажиста, качающего права. Ведь известно же, что в минуту сильнейшего аффекта человек способен перепрыгнуть пятиметровый забор, поднять неимоверную тяжесть или разобрать по винтику звездолёт. Ну, про звездолёт и винтики она конечно загнула, а вот расчленить этого наггевара… Могла бы. По ощущениям. И сделала в нужном направлении первый шаг. Ухватила гада за остриё, вонзила туда ногти и отодрала мерзкий отросток от себя. Заламин шипяще всхлипнул, а на остром кончике заблестела нежно-зелёная капля. Девушка завизжала и отшвырнула колючку. Из ресторанчика выскочила гид, а с ней и запропавший охранник.