Онлайн книга «Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы»
|
Колокольчик! И звенел он всё заливистее, надоедливее и настойчивее. — Шугер! — выругался морской змей. Жало стремительно ускользнуло, отпуская Вику, а его обладатель вскочил, и очумевшей спросонья девушке привиделась чудная вещь — что-то сверкало у него в штанах. С Вики моментом слетели остатки сна. Мнимого сна. И по треску застёжки она поняла, что кто-то не голый, а одет. В гидрокостюм⁈ Мифический Морской змей носил гидрокостюм и ругался как распоследний наггевар⁈ Как-то не укладывалось в голове… — Шугер! — повторил он, выхватывая из кармашка портативный шаровизор. Тот жизнерадостно мигал и заливался трезвоном, а наггевар с шипением выключил его, отшвырнул на песок и уставился на девушку. Она видела ясно лишь его глаза, блестящие в густой темноте. Остальное выглядело плотной тенью. — Жемчужина⁈ — Вика подскочила как ужаленная, попятилась от незнакомца и ужаснулась. — Ты хотел меня просверлить⁈' «Тьфу! Слово-то какое! Многозначное». Он шагнул к ней, от страха Вика запнулась, увязла в песке и упала в надёжные заламинские объятия. Змей подхватил её, усадил на парео-лист, отстегнул от пояса фонарик и посветил себе в лицо. — Дэасс? — Викуля разом подрастеряла все эпитеты, что собиралась вывалить на него. А может, и к лучшему. Ведь это были очень нехорошие эпитеты, почерпнутые у Майки, а подруга, в свою очередь, позаимствовала их у своего гатрака. Ну, когда тот объяснял новичкам-курсантам принципы пилотирования «ежей». — Так это не сон? — растерянно всхлипнула Вика, едва к ней вернулась способность говорить. И припомнила заодно все свои предыдущие «не сны». — Ты… ты, что хотел… Ты хотел меня… Во сне⁈ Спящую! Да? Спящую⁈ Дэасс присел рядышком и подождал, пока она выговорится, а затем ответил, как ни в чём не бывало: — Ты попробовала мой яд. — И что? Я что теперь… Ох… — она на секунду прижала ладошку ко рту. — Ядоманка⁈ — Ссс, — неожиданно заламин рассмеялся. — Не бойся. Я просто проверял одну гипотезу. В давние времена, девы, вкусившие яда Большого Змея, забывали обо всём. Одержимые морским наггириссом, они сами приходили на океанский берег, движимые лишь одним желанием — ссспариватьссся с ним, и только с ним. — Чего⁈ — Викуся стукнула его кулачком в грудь. — Я тебе покажу сейчас желание и наггириса! Нет! Есть у меня одно! Дать тебе в глаз и оторвать… Кое-что! — Но тебя влечёт ко мне, признайссся. Хочешшшь? От его соблазнительно шипяще-свистящих интонаций Вику прошиб пот. И она вспомнила, как они с Майкой спорили о том, каким должен быть «первый раз». Викуля считала, что обязательно незабываемым и романтичным, а Майка, что… тоже незабываемым. Но в остальном их мнения кардинально расходились. «Экзотичным! — утверждала Мэй. — Чем больше экзотики, тем незабываемее». И похоже, перед Викой наклёвывался прямо-таки Майкин вариант. «А что, если их познакомить?» — с истинно змеиным коварством замыслила она. Даже сам Большой Змей, просверливший за свою многовековую и насыщенную жизнь немало жемчужин, до такого бы не додумался. — Знаешь, что, — Вика вскочила. — Давай не сегодня, а… В следующий раз! А? А то… Я пока не готова…. Наверное, это вышло слишком жеманно. Ну и пусть! Змей тоже поднялся, выключил фонарик, и… Неожиданно легко согласился. — Хорошо, в другой раз. Так даже интереснее. |