Книга Слова, что обрушат небеса, страница 123 – Анна Панкратова

— Так скажи, — Деймонд перехватил руки Офелии, до боли сжал ее запястья. Ярость ослепляла, но он боролся с ней из последних сил. Какой бы сильной не была Офелия, она все еще чувствовала, все еще девушка и все еще не достойна того, чтобы ей причинили вред. И он не посмеет своей злости стать синяками на теле невинной девчонки, — просто скажи, кто и за что ее казнил⁈

— Спроси отца! Но я советую забыть об этом. Отпусти Робин. И живи дальше. — Офелия закусила губу, старательно сдерживая слезы, что уже мерцали в ее глазах. Деймонд устыдился своей злости, отпустил ее и сделал шаг назад. — Ты счастливчик. Сумел полюбить уже дважды. Сумел найти ту, с кем хочешь связать жизнь. Дважды. Кому-то жизнь даже за сотню лет такое не дарует. А ты копаешься в прошлом, не желая видеть то, что тебе само свалилось на голову!

Вот теперь стало и правда мерзко. Офелия-то права. И плакала она вовсе не потому, что Деймонд вышел из себя. Она завидовала, ведь так и не сумела ни разу действительно полюбить. Влюблялась, встречалась с парнями, но встретить того, с кем захотела бы провести жизнь — нет, такое ей мир и правда пока не даровал.

И как она права… Чем дольше Деймонд воюет сам с собой, пытается отомстить, найти ответы, тем дольше сам отказывается от счастья, что уже рядом. Протяни руку — и возьми его.

Какой выбор сделаешь?

Деймонд повернулся, увидел Харпер, что смотрела на него и Офелию. Обеспокоено хмурилась, но Феликс держал ее за локоть, не давая подойти.

Переживает за него. Она всегда переживает за него…

Деймонд пошел к Харпер. Не думая схватил, подтянул к себе и поцеловал. Немного грубо, такой голод в нем проснулся. Впился губами, не выдержал, вторгся языком в ее рот, напрочь забывая про зрителей.

Харпер опешила, но все же ответила. Ее руки залезли под его куртку и сомкнулись на спине, а он обхватил ее за шею, не в силах оторваться. Немного прикусывал, сгорал от наслаждения, понимая, почему было так мало воздуха последние недели — ему не хватало тепла и ласки его Харпер. Только ее. До конца его дней.

— Ты моя, Харпер, — зашептал Деймонд в ее губы. Переместил руку на затылок, не давая отдалиться, ведь не мог лишиться ее горячего дыхания, что согрело душу. — Моя, поняла? Обещаю любить тебя, беречь, защищать, готовить завтраки каждый день и… на руках носить тебя буду. Только позволь.

— Деймонд… — просипела Харпер, неотрывно смотря в его глаза.

— Я на колени встану. Всю жизнь буду стоять на коленях, ведь ты моя королева. — Деймонд уже начала приседать, чтобы и правда встать на колени, но Харпер требовательно схватила его за плечи, не позволяя.

— Лучше поцелуй еще раз. Вот так же с чувством. Меня так еще никто не целовал.

Просить дважды не пришлось. Он снова целовал ее, но в этот раз куда нежнее, ведь понял наконец, что сражаться больше не нужно. И сумел оторваться от ее губ, только услышав аплодисменты. С недоумением они озирались, ведь оба забыли, что рядом Феликс и Офелия.

— Мы поехали, — сказал Деймонд и взял Харпер на руки. — Отметим… вечером. Или завтра. Созвонимся.

Деймонд понес Харпер к машине, пока она оторопела смотрела на него. Феликс кричал вслед, что они обязаны устроить шумную тусовку в честь найденного свитка.

— Я ходить умею, — заметила Харпер.

— Я же вижу, ты устала, — улыбнулся Деймонд. — А я свое слово держу. Обещал носить на руках — буду.