Книга Слова, что обрушат небеса, страница 168 – Анна Панкратова

— Даже отца не смог убить, хотя он заслужил. По нашему закону, в том числе. Уже поставил его на колени. Занес меч. Он не сопротивлялся. Но не смог.

Харпер оцепенела, дыхание задержала, представляя эту ситуацию. Когда она уже услышит всю историю⁈ Чтобы перестать вот так удивляться⁈

— Пора рассказать, да? — устало вздохнул Деймонд. Харпер уверено кивнула, хоть и сомневалась, что желала знать подробности. — Ну… мы отдалились друг от друга. Меня звали в тайное светлое сообщество, отец рассказал о свитках, обрушении небес. Итог их поиска не раскрывал: ограничился тем, что надо собрать свитки, найти избранных и перетянуть их на свою сторону, мол, это единственный способ спасти баланс в мире. Я сделал вывод, что они хотят обрушить небеса. Гнев же… видно, я ошибся, но уже не важно. Зато Робин, моя жена, прониклась его речами. Я не знал, что она вступила в сообщество. Она скрывала, а я был уверен, она мне изменяет. Пропадала вечно где-то, совсем замкнулась в себе, перестала со мной говорить. Лучше бы она изменяла.

Харпер не сводила с него внимательных глаз, покрывалась мурашками, хоть его голос оставался спокоен. В этот раз он не злился, не тревожился, казалось, он пересказывал сюжет неинтересного фильма. Неужели и правда сумел оставить все в прошлом?

— Выяснил, что она была в сообществе, после ее казни. Знал, что решение вынес мой отец. Но зачем, почему, что она вообще делала в сообществе — я так и не узнал. Отец ограничился: ее выбор, забудь ее. Пару лет пытался жить дальше. Не смог. Ушел из универа, стал скитаться меж мирами. В итоге перебрался сюда: к Феликсу поближе. А потом узнал, что игра начинается, и решил доказать отцу, что вовсе не глупый щенок, которым он меня считает. Решил, что соберу все свитки. Найду избранных. И я решу, что мы будем делать. Хотел шантажировать его: мол, расскажи, что произошло, иначе уничтожу ваши свитки. Хотел… узнать, что случилось. Правду. Понять, почему ее казнили.

— Я тебя понимаю. Незнание — худшее наказание, и ты его точно не достоин.

— Я был очень зол. Правда пришел к отцу, поставил на колени, занес меч. Он даже не сопротивлялся. Но я не смог… Ушел. К счастью, ко мне примчался Феликс. Без него повесился бы. Я обещал ее защищать, понимаешь? Я должен был ее защитить. Понять, что она вляпалась в плохую историю, а я просто думал, что она изменяет, и готовился отпустить ее. Был уверен, так будет лучше для нее, хотел верить, что она нашла счастье с другим…

— Деймонд… — заговорила Харпер, но замолкла, не зная, как лучше сформулировать мысли. Взяла его руки, желая забрать его боль, успокоить, дать то, что ему так необходимо — правду. — Мне очень жаль, что так случилось. Но ты ни в чем не виноват.

— Спасибо, что теперь у меня есть ты. С тобой у меня снова появился смысл жить. — Деймонд поцеловал ее костяшки. — Идем спать? Кажется, говорить по ночам на кухне становится нашей традицией.

— Это Питер, детка, тут так принято. Разговоры по душам в полумраке на кухне. Не хватает только алкоголя.

Они улыбнулись друг другу. Две измученные души, которые нашли друг друга в огромном мире, чтобы оставить прошлое позади.

Власть Зимы отпраздновали вдвоем, как и планировали. Харпер слушала, как принято проводить этот день в Мунфоле, улыбалась, сравнивая праздник с католическим Рождеством по атмосфере.