Книга Избранные небесами, страница 185 – Анна Панкратова

— И кто меня убьет? Ты могла бы, но… ой, тогда миры соединятся. Да и потратила все, чтобы привести меню сюда…

Мирослава вышла из-за Самайна, встала напротив Алекса, что так и замер. Лицо его исказилось от шока, злости, непонимания. А Мирослава без слов вогнала руку в его грудь.

— Они решили сделать новую Смерть. Представь, как все просто? Всего-то надо передать магию Элизабет в другого.

Алекс стиснул зубы, а Мирослава сжала его сердце. Яростная, непоколебимая, в ней не осталось ни капли безумия, только безмолвное желание мести.

— Ненавижу тебя. Рада одному: никакого перерождения тебе не светит.

Вокруг них заклубился черный поток. Он пожирал их, начав с ног, следовал выше. Алекс дрожал, не сопротивлялся, шокированный и жалкий. Мирослава подошла к нему вплотную, почти коснулась его губ.

— Прощай, Бог Смерти, — прошипела она. Резко отдалилась, вытащила руку из груди Алекса, крепко сжимая сердце. Не думая, сжала его, и то стало пеплом. Осыпалось на траву, смещалось с потоком, что полностью сожрал мертвых, чтобы стереть их с лица земли.

Несколько секунд, и яростные тучи, в которые превратился поток замерцали, но затем потухли и, словно волны, разошлись по кругу. Так и не сумели пересечь соль и осыпались, впитались в землю.

Бога Смерти больше нет.

— Времени мало, — сипло сказала Элизабет, схватила Феликса за руки. — Пора. Уверен?

— Уверен, — твердо сказал Феликс. — Начинаем!

Ведьмы сменили темп, начали плавно двигаться, держась за руки. К ним присоединилась Робин, запела главную партию, повела всех за собой.

Грехи и Времена года, Природа окружили Феликса и Элизабет, что продолжали держаться за руки. На небе вдруг вспыхнула молния. А затем загремел и гром. Магия ярко светилась, вспыхивала яркими огоньками тут и там, сходя с ума от количества сильных бездушных созданий, что призывали ее.

— Взамен отдам свою я душу, расколи меня на части, забери каждую крупицу. Смешай с луной и тьмой. Но открой нам путь в мир мертвых и покоя. Нуждается он в руке живого, что направит, даст ответ, — сказала Элизабет из последних сил. Она начала просвечивать, словно медленно испарялась.

— Возьму твою душу, — заговорил Феликс, впиваясь ногтями в ее ладони. — Расколю тебя на части. Возьму твое я бремя. Останусь в мире мертвых и покоя. Направлю, помогу. Отведу каждого туда, куда он заслужил.

Взор свой хладный устреми,

Внемли зову, внемли клятве,

Пропусти в объятия Смерти.

Ветер воет, стонет бор,

Час настал — молитву нашу ты услышь.

Ведьмы закончили свою песню, резко замолчали. Все замерли, устремили взгляды на Элизабет и Феликса. От переживаний закружилась голова — получилось у них или нет⁈ Нет, и миры сольются! Будет…

Элизабет выдохнула в последний раз, крикнула и откинулась назад. Из ее груди вышел мощный черный поток, что последовал к Феликсу. Окружил его, осмотрел всего с ног до головы, а потом стал постепенно впитываться в него. Элизабет упала на землю и… рассыпалась.

Снова грянул гром. Засверкало столько молний разом, что пришлось зажмуриться.

Затем настала оглушительная тишина. Казалось, мир замер, ожидая результата ритуала и ответа на главный вопрос: правильное ли решение приняли избранные?

Феликс выпрямился, размялся шею, сжал и разжал кулаки, озадаченно оглядел всех собравшихся. Вдруг широко улыбнулся и развел руки, словно ждал объятий.