Книга Дочка для ведьмы с ребенком, страница 42 – Алла Гореликова

— А денег на машину хватит? — спросила я. — Мы и так за последний месяц страшно подумать, сколько потратили.

Объятие стало крепче, я довольно потерлась щекой о Костино плечо, но сбить себя с мысли не позволила, вопросительно уставившись ему в лицо.

— Знаешь, ты странная, — сказал он, и я невольно напряглась: отвыкла уже бояться, что мой секрет раскроют. — Эй, малышка-Маришка, ты чего? Для тебя что-то плохое в этом слове? Тогда прости, не буду больше. Но ты и в самом деле не похожа на большинство женщин. Особенная моя, — он легонько меня поцеловал, а я проворчала:

— Зубы мне не заговаривай.

— И не думал, — мне снова достался поцелуй. — Знаешь, долгая командировка в чисто мужском коллективе, но без возможности чисто мужских развлечений — это довольно тоскливо. Одна радость — вспоминать тех, кто ждет тебя дома. Сильные стихийники ведь почти все женаты, такой дар — это большая ответственность, его нужно передать дальше, детям.

Я кивнула, вспомнив слова из читанного-перечитанного бабушкиного письма: «Печально это, Маринушка, когда в твоих детях и внуках сила не проснулась. Зная о том, что в моих правнуках родовой дар продолжится, и умру спокойно». А Костя продолжал, усмехнувшись чуть заметно:

— Мне, знаешь, сначала не верили. Девушка, вышедшая замуж за сильного стихийника, не обговорив ни единого условия. Жена, которая ни разу не спросила, сколько муж зарабатывает, не пожаловалась, что ей не хватает денег, что ей чего-то хочется, а муж не обеспечивает. Ты ведь всегда молча берешь, сколько даю, и, я знаю, считаешь своим долгом и своей обязанностью, чтобы этого хватило на все и еще осталось на непредвиденные расходы.

Вот тут я удивилась. Даже отодвинулась, чтобы развернуться и посмотреть благоверному в глаза.

— Костя, это потому, что я тебе верю. Верю, понимаешь? Знаешь, чем я занималась, вернувшись домой после похорон Макса? Обшаривала сначала его карманы, а потом укромные места в доме в поисках заначек. Хочешь, скажу, сколько нашла? В кошельке тогда было четырнадцать рублей с мелочью. По карманам этого козла — сорок с чем-то. О еще одной нычке, на которую случайно наткнулась, пока тебя не было, я тебе рассказала уже, и сколько там было, ты помнишь. Между прочим, в два с лишним раза больше, чем его счет в банке. Понимаешь, на что намекаю, дорогой? Если бы я думала, что ты такой же, я бы за тебя не вышла. Мне хватило.

— Я не такой, что ты, — Костя взял мои ладони в свои, пожал тихонько, влив немного силы.

— Подлизываешься, — буркнула я. — Знаешь, как мне нравится твоя подпитка, и бессовестно этим пользуешься. Давай вернемся к первоначальному вопросу.

— Хватит денег, хватит, — вздохнул мой благоверный. — Ты, похоже, даже не представляешь, сколько получают стихийники за такие вот командировочки. А это ведь у меня не первый выезд в поле. И о моем счете в банке ты у меня не спрашивала. А я видел, что и так на все хватает, такая хозяйственная жена мне досталась. Держал на непредвиденные расходы. Ну и почему бы не на автомобиль, в самом деле?

На экране пошла заставка новостей, и я с облегчением воспользовалась поводом прекратить разговор. А то, похоже, еще немного, и заведет нас куда-то не туда. Вникать в сегодняшние события в империи и в мире настроения не было, я поцеловала Костю и сбежала в кухню. Хотелось сладенького, причем не пирожков, которых я напекла сегодня аж четыре противня, а чего-нибудь шоколадного. В шкафчике стояла пачка какао, я полистала подаренную мне Верой книгу с рецептами и заболтала шоколадные маффины. Пока новости закончатся, как раз будет готово. Но завтра надо купить шоколадку.