Книга Под защитой ректора, страница 43 – Мира Аллен

Он не остановил её. Но и не отпустил. Он просто смотрел.

Айя чуть сместила взгляд, не поворачивая головы, лишь меняя угол, и в отражении стеклянной поверхности на противоположной стене на долю секунды уловила тёмный силуэт у заднего ряда.

Достаточно, чтобы убедиться.

Достаточно, чтобы понять: она не ошиблась.

И именно в этот момент её уверенность впервые дала трещину. Не внешне. Не в словах. Внутри. Очень коротко, почти незаметно, но этого хватило, чтобы следующая мысль пришла уже без дерзости и без игры.

Холодная. Чёткая.

Он видел всё. И всё равно не вмешался.

Почему?

Глава 8

Очередь за едой двигалась медленно, почти лениво, как это всегда бывает в местах, где никто по-настоящему не спешит, но каждый делает вид, что занят. Шаг, пауза, ещё шаг — и снова задержка, сопровождаемая приглушёнными разговорами, звоном посуды и тем ровным фоновым шумом, в котором легко растворяются чужие слова, если только не заставить их прозвучать громче.

Айя стояла в середине очереди — не у самого начала, где всё внимание слишком очевидно, и не в конце, где удобнее всего исчезнуть. Это была удачная позиция: достаточно близко, чтобы видеть происходящее, и достаточно свободно, чтобы выбирать, когда вмешаться. Она не переминалась с ноги на ногу, не пыталась ускорить движение, как делали некоторые впереди, не выдавала нетерпения. Её взгляд скользил по залу спокойно, почти рассеянно, фиксируя лица, жесты, реакции, короткие повороты голов и слишком быстрые попытки отвести глаза.

Со стороны могло показаться, что всё это не имеет для неё значения. Но значение было. Просто не для них.

Кто-то впереди сделал шаг назад и задел её плечом. Касание вышло коротким, случайным, из тех, которые обычно оставляют без внимания, если за ними следует хотя бы взгляд, хотя бы неловкое движение, хотя бы крошечное признание, что чужие границы существуют. Но не последовало ничего. Ни извинения, ни попытки заметить. Парень даже не повернул головы, будто пространство за его спиной принадлежало ему по умолчанию.

И именно это стало причиной.

Айя не отступила и не сделала вид, что ничего не произошло. Она позволила паузе возникнуть — короткой, точной, почти незаметной для тех, кто смотрел невнимательно, — а затем шагнула вперёд, чуть ближе, чем требовалось, намеренно нарушая дистанцию так же спокойно, как только что нарушили её.

Парень обернулся не сразу. Сначала он, кажется, почувствовал это вторжение, а уже потом решил отреагировать. Их взгляды встретились, и Айя посмотрела на него без раздражения, без спешки, без видимой злости. Но в этой неподвижной спокойности уже было давление — не грубое, не открытое, однако достаточно ощутимое, чтобы его нельзя было проигнорировать.

— Ты что, не чувствуешь границы? — спросила она ровно, почти мягко, и именно в этой мягкости не было уступки. Только вопрос, на который невозможно ответить нейтрально.

Парень усмехнулся криво, с той небрежной уверенностью, которая появляется у людей, привыкших не задумываться о последствиях до тех пор, пока последствия не подходят слишком близко.

— А ты?

Он произнёс это легко, почти лениво, но вызов в его тоне уже прозвучал, пусть и не до конца осознанный. Между ними повисла пауза — недолгая, но достаточная, чтобы окружающее пространство начало её замечать. Айя чуть склонила голову, будто действительно обдумывала ответ, хотя решение уже было принято.