Книга Принц Дракон и ведьма с Запада, страница 12 – Мила Дуглас

— Я не могу тебя убить, — произнес он, и в его голосе звучала такая мука, что у меня сжалось сердце. — Пытался. Не могу. Каждый раз, когда поднимаю руку, чувствую твою боль. Твой страх. И это... это сводит с ума.

— Тогда не убивай, — прошептала я. — Просто...

— Просто что?

Принц шагнул ближе. Так близко, что я ощущала его дыхание на своем лице. Связь взорвалась фейерверком — я почувствовала всё. Его желание. Такое острое, болезненное, что у меня перехватило дыхание. И его ненависть к этому желанию. И отчаяние. И голод. Такой сильный, что он затмевал всё остальное.

— Ты даже не представляешь, ведьма, — прошептал он, — как я тебя ненавижу.

А потом мир перевернулся.

* * *

Я стояла на коленях.

Холодный камень под ногами. Темнота. И принц передо мной.

Ксев возвышался надо мной, как статуя темного идола. В его глазах горел тот самый голод — теперь уже не скрытый, а хищный, беспощадный. Его рука лежала на моем затылке, пальцы сжимали волосы, заставляя высоко запрокинуть голову.

— Работай языком, ведьма, — произнес он, и его голос звучал как приговор. — Так. Глубже. Ещё. Пройдись своим поганым языком вдоль. Обхвати губами. Да!

Я не могла сопротивляться. Не потому, что он держал меня силой. А потому что внутри меня, в самой глубине, что-то откликалось на его приказ. Что-то тёмное, запретное, то, о существовании чего я даже не подозревала.

Я брала его в рот — медленно, послушно, чувствуя, как его пальцы жестко сжимаются в моих волосах, направляя, заставляя двигаться в нужном ритме. Он был горячим, солоноватым, и от этого вкуса у меня кружилась голова.

— Глупая, — выдохнул он сверху. — Так не надо. Неужели ведьма не знает, как доставлять удовольствие. Вы же спите со всеми подряд. Смотри на меня, дрянь.
Я подняла глаза. Встретила его взгляд. И в этом взгляде не было ничего человеческого. Только тьма. Только драконий, всепоглощающий голод. Только власть.

А потом случилось странное.

Мои руки, словно живя собственной жизнью, потянулись к нему. Обхватили его бедра, погладили, притягивая ближе. Я целовала его — не так, как он приказывал, а по-своему. Медленно, нежно, проводя языком по всей длине ствола, задерживаясь на чувствительных местах.

Ксев замер. Его дыхание сбилось.

— Что ты...

Но я не дала ему договорить. Я взяла его еще глубже, почти до самого горла, и одновременно провела рукой по его животу, царапнула кончиками ногтей по груди, чувствуя, как под ними дрожит каждая мышца.

— Пожалуйста, — прошептала я, отрываясь на секунду. — Будь со мной ласковым. Пожалуйста.

И Ксев сломался.

Его руки, которые секунду назад держали меня с жестокостью палача, вдруг стали другими. Он опустился на колени рядом со мной, прижался лбом к моему лбу, и я увидела в его глазах не тьму, а бездну. Такую глубокую, такую страшную, что у меня перехватило дыхание.

— Я не могу, — прошептал он. — Я…хотел выбрать другую. Но сейчас я уже ничего не чувствую. Отдал её, она не принадлежит мне. Потому что я бастард, никто, пустое место, тот, кто дал им шанс. Я заслужил смерть, ведьма. Понимаешь?

— Нет. Ты для меня всё. Весь мой мир, — ответила я, и в этот момент не было ни ведьм, ни инквизиторов, ни драконов, ни ненависти, ни прошлого. Были только мы. Двое. В темноте.

Я потянулась к его губам. Поцеловала. Медленно, осторожно, как целуют первый раз, украдкой, боясь спугнуть. Ксев замер, не отвечая, но и не отталкивая. А потом, через вечность, его руки обхватили меня, прижимая к себе так сильно, что я почувствовала как мои рёбра сжались и сердце стало биться раненной птицей всё сильнее и сильнее под давлением принца.