Книга Попаданка на Самайн, страница 8 – Мила Дуглас

«Ну, добро пожаловать в клуб прокаженных», — пропищал Шепот. — «Слева от Кроу — профессор Хитролюб. Справа — мадам Розабль. А вон тот, лысый — мастер барьеров, Торвин. Его барьеры непробиваемы, а чувство юмора отсутствует на любом уровне».

И вот тут, из того самого дальнего угла, от красавца-бездельника, донесся мягкий, бархатный голос. Он не повышал тона, но был слышен абсолютно всем. — Аластер, Аластер, — произнес Лориэн, наконец-то оторвавшись от своей книги. — Не запугивай даму с порога. Весь твой спич можно перевести как «Внимание, в здание занесена чума. Не дышать, панику не сеять, в случае контакта — закупаться чесноком».

Мужчина поднялся с кресла. Он был чертовски красив. Волосы цвета солнца, собранные в небрежный хвост, скульптурные скулы и теплые, насмешливые глаза, в которых читалась готовность найти что-то смешное даже в надгробной речи Кроули. — Дорогая леди Илверис, — он склонился в изящном поклоне, который умудрился быть одновременно почтительным и фамильярным. — Я — Лориэн Голдхавен, преподаватель истории искусств. А этот прелестный цветок и впрямь может оказаться интриганкой. Но, боги, разве не в этом ее очарование? В конце концов, самые ядовитые цветы часто бывают самыми красивыми. Не так ли? Вы прекрасны, леди.

Воздух в комнате снова застыл, на этот раз с отчетливыми потрескиваниями в камине. Лицо Кроу стало похоже на статую, только что высеченную и уже глубоко недовольную этим фактом. — Твоя снисходительность к потенциальной угрозе достойна лучшего применения, Голдхавен, — холодно отрезал он, и каждое слово кидало в Алису то в жар, то в холод.

Педсовет начался. Алиса молчала, впитывая информацию, как губка, брошенная в лужу. В какой-то момент их взгляды с Кроу снова встретились. Это было фехтование без клинков, где взгляд Кроу был шпагой, а ее — скорее, столовой ложкой. А затем ее взгляд скользнул к Лориэну. Тот подмигнул ей, и его взгляд говорил: «Видишь, какая тут скучная компания? Мы с тобой явно добавим им перца».

«Так, не двигайся, — мысленно предупредил Шепот. — Мои «уши» в стенах шепчут. Старая кикимора из третьего коридора только что пробормотала, что Кроу вызвал кого-то из Магполиции. А пауки в канцелярии слышали, как Сигурд говорил о «тщательной проверке». Они активизируются, рыжая. Будь готова».

Когда совещание подошло к концу, и Алиса уже направлялась к выходу, по пути ей пришлось пройти через галерею, где толпились студенты. При ее появлении гул голосов стих, а затем пронесся шепоток, напоминающий шорох мышей в амбаре.

— Боги, да она же… симпатичная, — прошипел один юноша в мантии с нашивкой логика, словно констатируя научный парадокс. — А у нас разве бывают симпатичные преподаватели? — удивилась его соседка. — Я думала, это требование при приеме на работу — иметь лицо, как у высохшего чернильного ореха. — Смотрите-ка, Запретные Искусства теперь выглядят куда привлекательнее, — присвистывая, заметил другой паренек, и группа девушек рядом с ним сдержанно захихикала.

Алиса почувствовала, как загораются щеки и уши. Это всегда ее выдавало. Даже веснушки стали исчезает в этом красном залпе стыда. Она попыталась пройти быстрее, но один смельчак, рыжеволосый юнец, шагнул вперед. — Простите, леди Илверис, — сказал он, слегка краснея, почти как она сама. — А вы откуда такая… ну, в смысле, такая миленькая? У нас тут в Долине все преподаватели либо древние, либо строгие, либо и то, и другое. Вы — как феникс, внезапно восставший из пепла скучных лекций!