Книга Закон против леди, страница 107 – Юлия Арниева

Дальше объявления.

Продажа домов. Продажа лошадей. Услуги врача, «излечивающего все болезни». Нотариус, «готовый помочь в любых делах». Гувернантка ищет место. Вдова сдаёт комнаты.

И вот внизу страницы, мелким шрифтом:

«Пивоварня Харрисон и сыновья. Брик-лейн. Требуются работники. Опыт обязателен. Обращаться к мистеру Уильяму Харрисону».

Одно объявление. Всего одно. Этого было очень мало. Сколько пивоварен в Лондоне? Кто владельцы? Какие у них проблемы? К кому можно подойти, а к кому лучше не соваться?

Я сложила газету, сунула ее в корзину и направилась к рынку. Он был в десяти минутах ходьбы. Небольшой, не такой шумный, как Ковент-Гарден, но для ежедневных покупок в самый раз. Ряды с овощами, мясная лавка, молочница со своей тележкой.

И вывеска… она висела над дверью двухэтажного дома с закопчёнными окнами — деревянная доска, потемневшая от времени и дождей, на которой был намалёван красный лев. Облупившаяся краска, кривоватые буквы: «The Red Lion». Красный лев.

Пивная.

Дверь была приоткрыта, и изнутри доносились звуки: мужской смех, звон кружек, чей-то громкий голос, рассказывающий историю. Пахло элем, табачным дымом и чем-то жареным. Над входом, кроме вывески, висела связка засохшего хмеля — знак того, что здесь продают свежее пиво.

Я остановилась, будто привязанная к этой двери.

— … говорю тебе, у Барклая портер нынче — дрянь! — донёсся изнутри чей-то хриплый голос. — Кислятина, а не пиво. Вот раньше, при старом хозяине…

— Да ладно тебе, — перебил другой, помоложе. — Харрисоновское ещё хуже. Пил на прошлой неделе, так живот потом крутило два дня.

Грохнул смех. Кто-то стукнул кружкой о стол.

— А «Труман» пробовал? Вот там варят как надо…

Я стояла, впитывая каждое слово. Барклай. Харрисон. Труман. Имена, названия — обрывки информации, которые могли пригодиться.

Мимо меня прошёл мужчина в рабочей одежде, толкнул дверь пивной и исчез внутри. На секунду запах эля стал гуще, голоса громче. А потом дверь захлопнулась, отсекая все звуки.

Вот оно. Вот место, где можно узнать всё. Кто варит пиво в Лондоне. Откуда его привозят. Какое лучше, какое хуже. У кого проблемы с качеством, кто в долгах.

Мужчины за этой дверью точно знают. Они пьют это пиво каждый день. Они болтают за кружкой эля, хвастаются, жалуются, сплетничают… Вот только приличной женщине туда не войти.

Едва слышно выругавшись, я сжала трость крепче и пошла дальше, к торговым рядам.

Рынок был шумным, пёстрым, пахучим. Торговцы кричали, расхваливая товар. Покупательницы, в основном служанки и жёны мелких лавочников, придирчиво щупали овощи, торговались, ругались. Дети путались под ногами. Где-то в дальнем конце ряда визжала свинья, которую то ли продавали, то ли резали — я предпочла не выяснять.

Зеленная лавка была первой. Прилавок, заваленный тем, что осталось после зимы: сморщенная морковь, бледная капуста, проросший лук. Но рядом весенние: пучки редиски с ярко-зелёной ботвой, молодой картофель, ещё в земле, и зелёный лук, тонкий и нежный.

— Чего желаете, мэм? — Торговка была дородной, краснолицей, с громким голосом и натруженными руками.

— Капусту. Одну. — Я указала на кочан покрепче. — Редис. Два пучка. Картофель молодой — фунт. И зелёный лук.

— Хороший выбор, мэм! — Она принялась взвешивать, ловко орудуя весами. — Картофель первый в этом году, только привезли. Редис сегодня с грядки.