Книга 1000 проклятий в Академии Магии, страница 81 – Нина Колыбельникова

— Это не имеет значения! - вдруг выкрикнул он, и его сорвавшийся голос эхом отразился от сводов. - Важно только то, что ваша магия - ключ! Она слишком чистая, слишком мощная, чтобы Эрдоган запер ее в своих золотых клетках! Если вы не выпьете это сейчас, ваш дар выжжет вас изнутри до рассвета. Вы же чувствуете? Чувствуете, как она давит?!

Он врал. Я не чувствовала давления - напротив, в последнее время моя магия была спокойной, словно затаившийся зверь.

— Вы нервничаете, - прошептала я, начиная осознавать, в какую задницу в очередной раз попала. Магия магией, а неприятности продолжаются. - Вы сейчас придумываете оправдания. Вы... вы не помогаете мне. Вы чего-то боитесь. Или что-то забираете у меня с каждым глотком этого состава.

— Молчать! - некромант в мгновение ока преодолел расстояние между ними.

Его пальцы, холодные как у мертвеца, вцепились в мое предплечье. Я вскрикнула, пытаясь вырваться, но некромант обладал нечеловеческой силой. Он прижал меня к стене, блокируя все пути к отступлению.

— Ты выпьешь это, - прошипел он мне прямо в лицо, и я увидела, как его зрачки расширились, почти полностью поглотив радужку. - Ради своего же блага. Или ты думала, что я трачу на тебя время из чистой доброты? Мы закрепим результат. Прямо сейчас.

В его свободной руке появился флакон. Пробка вылетела с сухим щелчком. Я зажмурилась, чувствуя, как край холодного стекла прижимается к моим губам, а пальцы декана грубо сжимают мою челюсть, заставляя открыть рот.

И именно в этот момент по коридору Западного крыла раздались тяжелые, размеренные шаги, от которых завибрировали камни пола. Шаги человека, который не привык ждать.

Дверь кабинета не просто открылась - её вынесло мощнейшим импульсом сырой, первородной магии. Грохот удара дерева о камень слился с яростным рыком, который, казалось, исходил от стен самого замка.

На пороге стоял Эрдоган.

Его фигура в дверном проеме казалась неестественно огромной. Воздух в комнате мгновенно стал тяжелым, сухим и наэлектризованным, как перед эпицентром грозы. Ректор не шел - он наступал, и каждый его шаг отдавался в моем теле мелкой дрожью. Его глаза горели расплавленным серебром, в котором не осталось и тени человеческого сострадания. Только холодная, карающая ярость.

Некромант не успел даже донести флакон до моих губ. Секунду назад его пальцы стальными тисками сжимали мою челюсть, а в следующую – импульс магии впечатался ему в грудь. С глухим вскриком декан отлетел через весь кабинет, сбивая по пути массивную подставку с фолиантами. Стеклянный флакон выпал из его рук и вдребезги разбился о пол, разбрызгивая мутную, пахнущую тленом жидкость.

Я сползла по стене вниз, хватая ртом воздух и не в силах сказать хоть что-то.

Во что я только вляпалась?

— Не прикасайся к ней, - голос Эрдогана был тихим, но от него по моей коже пополз мороз.

Некромант, пошатываясь, поднялся среди обломков мебели. Его лицо исказилось в гримасе фанатичного безумия. Он не собирался сдаваться. Его тело начало неестественно удлиняться, суставы затрещали, разрывая дорогую ткань сюртука. Тень на стене за его спиной стала расти, приобретая очертания чешуйчатого крыла и мощного хвоста. Он пытался обратиться, выпустить своего дракона прямо здесь, в тесном пространстве Западного крыла.