Книга Выспавшаяся красавица и несносный дракон, страница 104 – Лина Леманн

Меня бьет озноб, качает из стороны в сторону, я едва не падаю. Слезы рвутся всё обрушивающим потоком, отчаяние готово захлестнуть с головой и навеки погрузить в свои ледяные воды страха и оцепенения. Вся жизнь кажется пустой без Доминика, я не представляю, как буду жить дальше. Смогу ли. Не хочу об этом думать, иначе не сдержу рыданий.

Как он жил без меня…

Из-за деревьев показывается просвет с голубым свечением, и вскоре молчаливая гладь Ледяного озера предстает перед нами. Воды спокойны, им нечего волноваться. Их существование продлится в веках. Для них нет смерти, нет жизни.

— Стой здесь, — прошу Гюрзу, когда мы пришли на пологий берег.

— Ты что, ты его одна не утащишь, — фыркает она. — Я пойду вперед. В этом месте магия теперь бурлит через край, и она никогда не причинит зло волшебному существу. По крайней мере, я на это надеюсь.

Не желая тратить время, я обнимаю Доминика.

Единорог заходит в воду. Веет студеным морозом, не понимаю, как у Гюрзы не свело ноги. Она уверенно движется вперед, хоть и сильно медленнее, чем по земле. Теплый пар дыхания вырывается из наших ноздрей и стелется легким туманом по глади.

Вскоре и моих ног касается ледяная вода. Их сразу же сводит судорогой, я сжимаю зубы, чтобы не закричать. Холод застилает сознание по мере того, как мы заходим дальше. В голове только и бьется: сейчас все закончится.

Наконец становится достаточно глубоко, чтобы я слезла со спины Гюрзы и смогла с трудом стащить Доминика. Воды милостиво принимают нас в свои объятия.

— Я люблю тебя… Всегда любила. С первого дня, как увидела. С тех пор как мы были подростками, а ты не обращал на меня внимание. Каждый твой взгляд был для меня наградой, и я трепетно лелеяла их в душе, складывала в копилку памяти, несмело надеясь на будущее. Я помню твое первое признание, каждый наш поцелуй. Я очень хотела к тебе вернуться. Где-то внутри я знала, что мой дом там, где ты. И если ты сейчас уходишь, куда бы ни пошел, забери и меня. Я обещаю сносить все трудности, куда бы не занесла нас жизнь. Я обещаю любить тебя, даже если ты меня забудешь. Я найду способ вернуть тебя…

— Мэл, что ты делаешь?! — раздается с берега отчаянный возглас Маттео.

Я прижимаю к себе Доминика. Нет больше сил, чтобы ответить. Меня окутывает тепло и начинает клонить в сон.

— Мэл, не отключайся! Мэл! — сквозь туман доносится голос Гюрзы, но…

Эпилог

Всего четыре человека собрались в этот час возле мягких постелей, засланных атласными простынями. Всего четыре человека, зато жителей леса собралось предостаточно: здесь и волки, и один хитрый древний василиск, и вороны с голубями ровными кругами летают сверху (каждый отклонившийся от траектории получает клювом в задницу), и даже единорог.

— Ну и сони! — тяжело вздыхает старик и гладит по шее белого подростка-волчонка.

— Я что-то чувствую! Чувствую! — скулит он и вырывается из рук старика, прыгает прямо на неподвижное тело красивой девушки с каштаново-красными волосами и бежит к лицу, чтобы наклониться ниже и лизнуть аккуратный нос с веснушками. — Она дышит глубже.

Волчонок принимается истошно облизывать девушке лицо.

— Да, что-то есть! — восклицает огромный черный волк и радостно плюхается на тело крепкого мужчины, лежащего также неподвижно. Если бы он уже не был почти мертв, этот волк его бы определенно добил своей массой.