Книга Выспавшаяся красавица и несносный дракон, страница 48 – Лина Леманн

— Улетели, — подтверждаю я.

— Фух!

Глава 14. Отставить панику!

Комнату заполняют летящие во все стороны черные перья. Мне на плечо приземляется большой ворон, больновато цепляется когтями за кожу, чтобы не свалиться. Я не узнала его из тысячи. Вороны с непривычки, как и китайцы, кажутся все на одно лицо. Или морду.

— Уж лучше быть съеденным василиском в лесу, чем попасть к этим в казар-р-рму, — каркает птица. Неудобно спрашивать, как его зовут, а согнать как-то надо. На коже точно раны останутся, и как это потом объяснять дома?

— Это называется дисциплина, — оправдываю голубей я, но если честно, их синхронность выглядит немного жутковато.

— Жизнь слишком кор-ротка, чтобы тр-ратить ее на дисциплину! — авторитетно заявляет сидящий на плече ворон.

— Ты пр-рав, Юстас, долой власть! Да здр-равствует анар-рхия! — поддерживают гомоном сверху.

— Глупые птицы, нет на вас никакой упр-равы, — ворчит еще один ворон, он сидит на большой зеркале в чугунной раме. Парочку седых перьев у клюва, да и тон, выдают возраст, и я вспоминаю, что его зовут Арни. — Только хор-р-рохор-р-риться и умеют, а как до дела дойдет, все, в кусты от стр-р-раха. Вот голуби сэра Иккина молодцы, не пасуют пер-р-ред опасностью. Сколько охотников ср-р-разили. А вы, шайка пр-р-ройдох, хоть кого-нибудь напугали?

— Мы не летаем в лес без надобности, — кто-то икнул сверху при упоминании сэра Иккина. Даже Юстас втянул голову в плечи.

— То-то же, а лес в опасности, — поучает Арни. — Ой задаст вам тр-репку Доминик, когда очнется. Кстати, кажется, он дышит р-ровнее.

Мы все синхронно поворачиваемся к кровати. И правда, грудь дракона поднимается размеренно. Спит, похоже, жар его оставил. Хорошо, что наш разговор его не разбудил!

— Так, все на выход, Юстас, ты остаешься дежурным. Будут новости, сообщишь, — командую тихо и размахиваю руками, сгоняя птиц с насиженных мест.

— А что сразу я? — возмущается Юстас, но свеж еще образ сэра Иккина перед внутренним птичьим взором, и потому спор затихает, не успев разгореться.

Я спускаюсь вниз и понимаю, что ноги меня совсем не держат. За окном темно, до дрожи в поджилках воет волк. Причем здесь же, на коврике. Винни скрутился баранкой возле Айруса, который выводит замогильные трели.

— Леди Мэл, вы проголодались? — любезно спрашивает относительно бодрый Шарль, повысив голос, чтобы перекричать Айруса. На дворецком забавный передник в розовую клетку и цветочек.

— Безумно, — соглашаюсь я и падаю на стул. — А это обязательно? — махнула рукой на Айруса. — Не разбудит Доминика?

— Нет, хозяин спит как мертвый, — тявкает Винни.

— Чур-р тебя, — крякнул Арни.

— У-у-у жизнь едва теплится в нем, — воет Айрус. — У-у-у а мы ничего не могём.

— Можем, Айр-р-ус, можем! — раздраженно каркает Арни. — Всех тут учу нор-р-рмально языку. Тьфу!

— Не знаю как, но мне нужно добраться домой сегодня, — вздохнув, признаюсь я, отчего-то чувствую себя донельзя смущенной. Добавляю смелее: — Негоже юной девушке ночевать у чужого мужчины дома.

— Лес ночью опасен, — напоминает Шарль, хотя я и без него помню встречу с василиском. — Ах да, у вас же теперь есть жених, я слышал.

— Пусть идет, — раздается суровый голос из дверей. Мы все резко оборачиваемся.

Доминик стоит в проходе, тяжело опираясь на косяк. Его лицо чрезвычайно бледное, видно, что он едва дошел. Но черные глаза сверлят меня гневно.