Книга Выспавшаяся красавица и несносный дракон, страница 60 – Лина Леманн

Доминик неожиданно касается мягко моих плеч и осторожно разворачивает. Я жмурюсь. Он что, не слышал, что я ранимая и впечатлительная? Меня не радует видеть мертвое животное неизвестного происхождения.

— Откройте глаза, я рядом, — опаляет мою шею чужое дыхание. Я резко распахиваю глаза, надеясь, что Тристан не видел, как другой мужчина ко мне приблизился. Да и вообще кто имеет право меня так касаться? Касаться дыханием?..

Все же нахожу в себе смелость посмотреть на беседку. Стоит себе целёхонькая, никаких следов прошедшей битвы.

— Магия, — голос Доминика отстраняется, шее становится прохладнее. Вопросы все врезаются в такой простой ответ и крошатся на осколки. Это все объясняет и в то же время ничего. — Твари тоже нет. Я все вернул как было.

И правда. Теперь кажется, что произошедшее мне приснилось, почудилось, померещилось. Самовнушение же сильная штука. У других работает, так и у меня должно. Иначе как мне теперь спать по ночам, зная, что если бы не Доминик, меня бы растерзали?

— Представьте, что это был мираж, — вкрадчиво говорит мужчина. Я поворачиваюсь к нему, попутная замечая, что Тристан скрылся за домом.

— Боюсь, моя фантазия не настолько хорошая, — неловко замечаю.

— Понимаю. Не дергайтесь.

Хмурюсь, Доминик мягко улыбается и касается двумя пальцами моего лба. От его рук идет тепло, и заледеневшее от страха сердце замедляет ритм, внутри становится спокойнее.

— Лучше? — спрашивает мужчина.

Я киваю. Мы неловко молчим.

— Спасибо. Так зачем вы пришли? — с трудом выдавливаю из себя.

— Я пришел сообщить вам, Мэл, что вы должны собрать свои вещи и переехать ко мне в особняк.

— В смысле?! — мгновенно завожусь я, забыв про все на свете. Делаю шаг к Доминику и гневно цежу: — Я уже давала ответ на подобное сомнительнейшее предложение. Нет и еще раз.

— Но я не спрашиваю. Вы должны это сделать, и все тут, — спокойно объясняет Доминик. Он вообще всегда такой спокойный, либо молчаливый. В данном случае я бы предпочла второе.

— И не подумаю сделать подобное! Кто вы такой, чтобы я взяла и все бросила? — громко шепчу я, а то не дай боги услышит кто.

Мужчина бросает скептичный взгляд на особняк Вандельгеймов.

— Даю вам неделю, чтобы смириться с этим решением и собрать вещи. А после вы уедете со мной.

Я снова теряю дар речи. Ну каков упрямец, а? Все мое восхищение перечеркнуто этими фразами.

— И в качестве кого вы меня зовете с собой? — складываю руки на груди. Попробую подыграть, может, хоть что выясню. — Жены, любовницы?

Теперь Доминика перекосило.

— Ни то, ни другое. Вы мое лекарство. А я — ваше.

— Я не больна! — фыркаю, только осознаю, что щекочущее чувство в груди сейчас меня оставило. То ли стресс, то ли само прошло. Главное, что прошло.

— Хорошо. Значит, буду вашей защитой.

— Мне не нужна защита. Я в безопасности, — отступаю на шаг к дому и невольно бросаю взгляд на белую беседку.

— Я заметил, — хмыкает Доминик.

Наши взгляды встречаются в немом поединке. Его ответ застыл в воздухе разрядом молнии. Но стоит мне посмотреть в эти темно-карие глаза, как слова все вылетают напрочь. Зачем родились такие люди, которые одним взглядом тебя могут припечатать?

— Уходите! Ищите себе другое лекарство или ту, кому нужна защита. Мне все это не нужно, — твержу, сдаваясь и отводя взгляд.