Книга Не будите во мне... некромантку, страница 100 – Ника Калиновская

Воздух здесь был влажный и чуть сладковатый, а дорожка под ногами пружинила от сырости. Каждый шаг отзывался мягким чавканьем, но это уже не пугало. Наоборот — казалось, я возвращаюсь туда, где, как ни странно, чувствую себя увереннее всего.

А когда впереди показался мой покосившийся забор, я непроизвольно ускорила шаг, будто спешила домой.

Но всё изменилось в одну секунду. Я и охнуть не успела, как кто-то грубо схватил меня за руку. Воздух вышибло из груди, а следом в ухо ударил рычащий, пропитанный злобой голос:

— Ты что, паршивая некромантка, решила меня обмануть?!

Я вздрогнула, и мир на мгновение словно качнулся. Здоровяка я узнала сразу — лицо всплыло из памяти, с перекошенными от ненависти чертами и крошевом старых шрамов. Один из тех, кто тогда, в день моего «пробуждения» в этом мире, чуть не вломился ко мне в дом.

— Н-нет, — прохрипела я, отчаянно оглядываясь по сторонам, надеясь увидеть хоть кого-то.

Хоть Гроги, хоть Ригарда, хоть кого угодно! Но вокруг — только вязкая тишина болота, редкие всплески воды да шелест ветра в тростнике. Вот сейчас бы помощь Фонтийского точно не помешала. Чёрт, и зачем я сама сюда отправилась? Тоже мне, героиня нашлась!

Я нервно прикусила губу, пытаясь сообразить, как выкрутиться. Здоровяк рывком подтянул меня ближе, и от его запаха — смеси перегара и болотной тины — передёрнуло.

— Не ври мне, ведьма, — прохрипел он, сжимая моё запястье, будто хотел переломить кость. — Ты думаешь, я не знаю, что это ты подняла мертвяков?! Мой брат теперь по ночам в кошмарах встаёт, всех пугает!

Я зажмурилась от боли, магия где-то внутри отозвалась тихим жжением — знакомым и пугающим.
Ещё немного — и я сорвусь, а потом… потом будет поздно.

— Послушай, — выдавила я сквозь зубы, чувствуя, как изнутри поднимается волна силы, — если не отпустишь сейчас же, будет хуже. Для тебя.

Мужчина хрипло рассмеялся, не веря ни слову. А я уже видела, как по его ладони, сжимающей мою руку, побежали слабые зеленоватые искры. Кажется, спасения в окружающем мне искать уже не стоило — придётся спасать себя самой. Это определённо был тот момент, когда пора было перестать играть в миролюбивую жертву. Моё терпение лопнуло вместе с последней жилкой на запястье, которую громила сжимал как тиски.

— Ладно, ты сам напросился, — процедила я, чувствуя, как сила внутри поднимается, словно вскипающая вода.

Воздух вокруг задрожал, а в ушах зазвенело. Мужчина что-то рявкнул, но договорить не успел — из моих пальцев сорвался разряд зелёного света, и его отбросило к покосившейся калитке. Громыхнуло так, что стая ворон, дремавших на ближайшем дубе, взвилась в небо с хриплым карканьем. Калитка жалобно скрипнула… и, не выдержав удара, рухнула вместе с моим обидчиком.

Он сполз на землю, распластавшись, словно мешок с картошкой, и на мгновение тишина вокруг стала оглушающей. Только я, тяжело дышащая, и запах озона в воздухе.

— Э-э… ты живой? — осторожно спросила я, подходя ближе и наклоняясь над неподвижным телом.

Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, пальцы покалывало, а волосы, кажется, сами по себе встали дыбом от остаточной магии. Вален — да, теперь я вспомнила его имя — застонал, шевельнулся и медленно приподнялся на локтях.

— Чтоб тебя… ведьма, — прохрипел он, глядя на меня мутным взглядом.