Книга Не будите во мне... некромантку, страница 32 – Ника Калиновская

Решение придало сил. Я начала лихорадочно собираться, хватая всё, что могло мне пригодиться в дороге. Сумка быстро наполнялась: пучки трав, которые я даже не знала, как использовать, пара флаконов с мутной жидкостью, которые Гроги называл «зельями», моток верёвки, мой верный кинжал и, конечно, та самая записная книга, в которой могли находиться ответы на многие из моих вопросов.

Гроги, проснувшись от моего шума, смотрел на меня с недоумением, но молчал — то ли понял, что я не в настроении для разговоров, то ли просто привык к моим странностям.

Я подошла к двери, аккуратно отодвинула ржавый засов и потянула за ручку. Дверь скрипнула, открываясь легко, и я уже собиралась шагнуть на улицу, как вдруг тишину прорезал тихий, но отчётливо насмешливый голос:

— Доброе утро, госпожа некромант. Не изволите ли побеседовать?

Я застыла, как громом поражённая, и медленно повернула голову. У покосившегося заборчика, что окружал мой дом, стоял мужчина — молодой, на вид не старше тридцати, с тёмными волосами, небрежно падающими на лоб, и лёгкой ухмылкой, которая не предвещала ничего хорошего. Он опирался на забор, скрестив руки, и смотрел на меня так, будто знал все мои секреты. Его плащ был слегка потрёпан, но под ним угадывалась выправка человека, привыкшего к дороге и, возможно, к бою. В руках ничего не было, но я кожей чувствовала — этот тип не так прост, как кажется. И что-то подсказывало, что он не просто заблудший путник, решивший поздороваться.

Ригард Фонтийский

Я остановился посреди кладбища, тяжело дыша, и оглянулся. След некроманта — тот самый, что вёл меня, как невидимая нить, — исчез, словно его стёрли с лица земли. Воздух больше не дрожал от магии, а зелёный огонёк, который я преследовал, растворился в ночи. Я побродил между могилами, вглядываясь в тени и прислушиваясь к каждому шороху, но ничего. Ни звука, ни намёка на присутствие. Будто кто-то нарочно скрыл их перемещение, и, чёрт возьми, это было сделано мастерски.

Конечно, некромант будет прятать свои следы — тут и дураку понятно. Но одно он не учёл: в такой глуши, как Залесье, местные знают всё и всех. И для того, чтобы найти его логово, мне не нужна была магия. Достаточно расспросить бабу Орлиху, которая, судя по её острому взгляду, знала больше, чем говорила.

— Ладно, — пробормотал я, сжимая рукоять кинжала. — Допустим, тебе удалось меня обойти. Но ты не уйдёшь далеко.

Я развернулся и направился обратно к дому старухи, шаги мои гулко отдавались в тишине. Ночь была всё ещё густой, но небо на востоке уже начинало сереть. Дом Орлихи стоял на краю деревни, тёмный и кривоватый, как и всё в этом забытом богами месте. Я толкнул калитку, ожидая, что старуха давно спит, но, к моему удивлению, она сидела у печи, подбрасывая дрова. Её глаза, острые, как лезвия, тут же впились в меня, будто она всё это время ждала моего возвращения.

— Куда это ты бегал посреди ночи, инквизитор? — буркнула она, не отводя взгляда.

— По делам, — коротко ответил, не вдаваясь в подробности. — Подскажи, где живёт местный некромант?

Орлиха хмыкнула, будто я спросил что-то, что и без того должно быть понятно, и кивнула в сторону окна.

— Вон там, — сказала она, поджав губы. — Только идти лучше не напрямую через кладбище, там какая-то магия, что можно заблудиться. Иди по тропинке к лесу, потом свернёшь к болотам. Там, в зарослях, найдёшь её дом. Только не жди, что тебя там чаем угостят.