Книга Библиотекарь для Кощея, страница 8 – Сева Азим

* Ахундовка. Азербайджанская Национальная библиотека им М.Ф.Ахундова.

Всё то время, пока я, погрузившись в воспоминания, стояла посреди комнаты, Иван легонько отряхивал мою одежду, словно не зная, чем себя занять.

— Приведи кого-нибудь убрать здесь, – велела я мужчине, указывая на пол. Тот с радостью бросился выполнять приказ.

Если я оказалась здесь из-за вопросов, логично предположить, что обратно вернусь лишь тогда, когда получу на них ответы. Вот только я даже не знаю, о чём именно спрашивать. Какие эмоции должен испытывать человек, попавший в другую реальность: страх, бешенство, раздражение? Странно, но я не ощущаю ничего подобного. Ни сильных чувств, ни паники. Может, так психика пытается отгородиться от нелепости происходящего? А может, мой здешний разум в образе Марьи Моревны куда лучше приспособлен к переменам? Всё-таки царица, как-никак!

— Ох, да что же здесь случилось-то? – с причитаниями в комнату вошла та самая женщина, что встретила нас у дворца, в сопровождении молодой девушки в голубом сарафане, с веником и совком в руках.

— Кощей окаянный через зерцало Марьюшку заклясть пытался! – промолвил Иван, указывая на осколки глиняной вазы.

— Ах! – девушка уронила метлу и совок, всплеснула руками, но, тут же устыдившись, подняла их и принялась за уборку, потупив взгляд.

— Что же он хотел? – женщина постарше обернулась ко мне, игнорируя Ивана, стоявшего на небольшом свободном от осколков островке пола.

— Сказал, что я его суженая, требовал дождаться его. Дескать, придёт за мной, – ответила я, краем глаза наблюдая за тем, как девица аккуратно метёт пол вокруг ног мужчины, стараясь не задеть их веником.

— Пойдём-ка в твою опочивальню, – предложила женщина и, оглянувшись на Ивана, велела: – Прикажи здесь всё убрать и принести новое зеркало.

— А вдруг опять Кощей заявится? – блондин, забыв про осколки, чуть не сошёл со своего безопасного островка.

— Занавеской же можно прикрыть! Третье по счёту зеркало бьёшь! – проворчала женщина, кивнув на сиротливо висящие в пустой раме льняные занавески.

— Помяни моё слово, этот бесталанный всё царство твоё разрушит! Дурак дураком… зачем он тебе сдался? – тихо ворчала она, пока мы шли по широкому коридору с расписными цветами на стенах и вышитыми треугольными скатерками на просторных подоконниках.

Опочивальня оказалась просторной и светлой. В центре стоял небольшой округлый стол, покрытый длинной скатертью, почти касавшейся пола, а вокруг него располагались табуретки с высокими плотными подушечками. У стены возвышалась роскошная кровать с балдахином, ткань которого ниспадала мягкими складками. Высокие матрасы выглядели такими пышными, что в них легко было утонуть.

Напротив кровати – широкий комод с высоким зеркалом в резной раме. На его поверхности ровными рядами лежали шкатулки, выполненные в едином стиле. Слева от окна виднелась дверь, ведущая в длинный узкий коридор. Позже я узнала, что он тянулся до небольшой уборной, где стояла большая деревянная бадья для купания, а рядом аккуратно были расставлены ковшики. В дальнем углу, за плотной занавеской, скрывалась небольшая дверца-люк, ведущая в отверстие для нужд – весьма оригинальное решение: никаких неприятных видов и запахов.

— Ну, как всё прошло? – шёпотом спросила женщина, прикрыв за нами дверь и усевшись за стол. – Смогла активировать этот свой артефакт? Мужики поверили?