Книга Доктор-попаданка генерала-дракона, страница 3 – Лана Кроу, Елена Смертная

Ее звали Лилия. Она была красива, безупречно воспитана… и холодна. Надо было отказаться. Но я боялся. Больше, чем фронта, больше, чем насмешек, я боялся одного — быть вычеркнутым из рода. Для дракона это не просто потеря имени. Это потеря связи с источником своей силы, своей сущности. Без рода дракон сходит с ума, его природа становится неуправляемой, болезненной. Я был глупцом.

Брак был холодной сделкой. Но за годы в нем появились… привычка. Привязанность. Лилия родила мне двоих детей — Тита и Викторию. Их она любила искренне. И я их полюбил всей душой. А ее… ее я тоже научился ценить. Не той страстной, всепоглощающей любовью, о которой грезил в юности, но между нами протянулась прочная нить уважения, понимания и преданности. С ней было спокойно. И когда ее не стало — от болезни — я горевал. По-настоящему.

Но тот год, казалось, решил сломать меня окончательно. Сначала умерла Лилия. Потом, спустя несколько месяцев, не стало и отца. И это был еще не конец.

Моя милая мачеха, теперь полноправная хозяйка всего состояния, добилась своего. Титул и львиная доля наследства отошли моей сестре и ее мужу. А меня… меня она вычеркнула. Лишила связи с родом на правах единственной наследницы, о чем прописал отец.

В то утро я проснулся от дикой, разрывающей грудь боли. Не физической — куда страшнее. Это рвалась последняя связь с родом. Я чувствовал, как что-то темное и неконтролируемое шевелится внутри, на границе сознания. Мой дракон оставался без якоря. Без своего рода. Это было началом конца.

Новый род. Он мог бы стать спасением. Но создать его можно только с Истинной Парой — единственной, предназначенной судьбой. Встретить такую — все равно что найти иголку в тысяче стогов сена. Красивая сказка для юнцов, не более.

Оставался второй путь — болезненный, мучительный, выматывающий душу. Я выбрал его.

Но и этого оказалось мало. Без титула у меня могли отобрать земли. Те самые земли, что я получил не в подарок от отца, а по службе. Обычно титул жаловали вместе с поместьем, но я уже был дворянином по рождению. Теперь же я потерял титул, а как простой человек может управлять поместьем? Земли могли забрать в любой момент.

На себя мне было плевать. Но мои дети… Я уже потерял слишком много. Не мог допустить, чтобы они остались ни с чем.

Пришлось идти на махинацию. Я отыскал женщину, лишенную наследства после смерти отца — из-за добрачной связи ее сочли «опозоренной». Катрина показалась идеальным кандидатом: отчаявшаяся, без вариантов, готовая на сделку. Я предложил простой договор: я обеспечиваю ее жизнь, она получает свое наследство и возвращение в высший свет. А я, как ее законный муж, — титул и земли ее рода.

Брак? Меня интересовала лишь формальность. Она, правда, попыталась намекнуть на нечто большее, «настоящее». Я отверг это немедленно. Любви я не искал. Вся моя любовь, вся нежность, на которую я был еще способен, принадлежала Титу и Вике. Им я и хотел обеспечить будущее.

Условия были просты: мы изображаем примерную пару. Я — вечно занятый делами муж, она — терпеливо ждущая дома жена. Как и любая аристократка, имеющая право на шикарные балы, приемы и светские встречи с другими замужними дамами.

Но эта легкомысленная дура… Катрина. Казалось, ей жизненно необходимы были чужие взгляды, чужие прикосновения. Не прошло и пары месяцев, как поползли слухи о любовнике. Я тогда приехал — и она рыдала у моих ног, клялась в невиновности, ползала на коленях. Я предупредил ее, черт возьми, предупредил, чем рискует!