Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 73 – Сандра Хартли

Аппетит куда-то пропал, как и желание продолжать это неожиданное знакомство.

Поерзал на стуле, я взглянула на почти полную тарелку и разочарованно вздохнула.

Похоже, придётся голодать до ужина.

Стоило всё же не отказываться от яблочного пирога, который Матиасу оставила Марта. Но нет — гордость и попытка сохранить достоинство обернулись тем, что живот противно заурчал.

Уловив, как дернулся уголок губ парня напротив, я покраснела еще сильнее.

— Да ты ешь, огонёк, не стесняйся. Я люблю, когда у девушек отменный аппетит, — подбодрил Люсьен.

А в самом деле — чего это я растерялась?

Мы до этого не встречались и, возможно, больше никогда не увидимся, а ходить голодной до ужина с урчащим животом — глупо.

В Академии нет кухни, куда можно заглянуть в любое время. Точнее, кухня есть, но этюдантам туда не попасть, а единственный, кто мог бы меня накормить, появится лишь вечером. Если появится. Да и не бегать же к Матиасу из-за таких пустяков…

Живот издал новый жалобный писк, и Люсьен, взяв ложку, демонстративно принялся жевать, будто специально показывая, что тут нечего стесняться.

Остаток моего обеда прошёл в тишине, а затем парень откинулся на стул и, осмотрев меня, довольно заявил:

— Ну что, поели — теперь прогуляемся?

Он что, в друзья набивается? С чего бы?

— У меня почти нет золота. Шуба и остальное – это подарок ректора за то, что меня чуть не убило стендом с оружием на занятии профессора Дюваля, — зачем-то выпалила я.

Звонкий, слегка хрипловатый смех наполнил столовую, а потом меня бесцеремонно схватили за руку.

— Нет, огонёк, я сразу понял, что ты прелесть, — посмеиваясь произнес Люсьен.

Вытащив меня из-за стола, он почти силой натянул шубу, а затем по-свойски прижал к себе, обнимая за плечи и уводя к выходу.

От подобной наглости я растерялась, не понимая: стоит ли кричать, огреть наглеца магией или нагрубить?

Пока я пыталась представить, что сделала бы в такой ситуации Жюльен или Камиль, меня уже вывели во двор.

Забавы со снегом были в самом разгаре. И, судя по шагам нового “друга”, меня намеревались утянуть в самую гущу.

* * *

— Ари! — прозвенел знакомый голос, спасая меня от цепкой хватки наглеца.

Узнав Камиль, я остановилась как вкопанная, и парень был вынужден отпустить.

— Ари, ты вернулась! — кричала подруга, буквально подлетая и заключая меня в объятия.

— Да, приехала бы утром, но дороги засыпало. Хорошо, месье Торнвуд догадался, что я сама до Академии не доберусь, — ответила я, обнимая её в ответ.

— Шикарный наряд! Я видела, как ты шла в Академию, но решила, что приехала очередная фифа. А это, оказывается, наша защитница вернулась, — протянула Жюльен.

Объятия стали почти удушающими, и только сейчас я поняла, как скучала по своим девчонкам.

Слезы хлынули сами собой, а подруги наперебой принялись засыпать меня вопросами: как лечебница, как отреагировала бабуля, как моя голова и можно ли мне вообще гулять.

И на все эти многочисленные расспросы я отвечала одним — жалобным всхлипом и заикающимся: “Я так по вам скучала!”.

Вероятнее всего, наш скудный диалог длился бы до тех пор, пока слезы не замёрзли на щеках, но момент невозвратно нарушил хриплый смех.

— Да я погляжу, ты популярна в наших неаристократических кругах, огонёк, — неожиданно раздался голос сбоку.