Книга Туманные Острова. Возвращение Драконов, страница 239 – Сандра Хартли

“Уверен, она бы тобой гордилась, моя полукровка,” — уверенно заявил Даркис, а потом его глаза вспыхнули желтым, и взгляд скользнул к моим губам, вызывая в теле уже знакомое чувство приятного волнения.

Уводя меня в комнату, повелитель плотно прикрыл дверь на балкон.

“Как знать, моя королева, возможно, три расы будут жить мирно не только на этом континенте. Нам точно известно, что пара дракона и женщины-мага не может дать потомство. Но что, если всё будет наоборот?” — эхом прозвучал хриплый голос Дарка в моей голове.

От такого предположения мои глаза округлились, но прежде чем я успела задать вопрос, наглый дракон развернул меня и накрыл губы своими.

“Я желаю заняться созданием еще одного наследника, любовь моя. Сандрия уже выросла, а я не откажусь от ещё одного маленького дракончика,” — тут же сменил тему наглый ящер и, подхватив меня на руки, потащил в сторону кровати.

“А вдруг у меня родится эльф, ну или маг?” — прошептала, не слишком сопротивляясь ласкам мужа.

“Невозможно, моя желанная. Магия белого пламени — самая могущественная в этом мире. А значит, в союзе драконов с другими расами рождаются только драконы,” — тут же возразил мужчина и крепче прижался ко мне, позволяя ощутить часто бьющееся сердце и крепкую мужскую грудь, часто вздымающуюся от кипящей внутри страсти.

В Академии Магии Эльфхай у корней Древа Мудрости виднелась фигура беловолосого эльфа. Корона выдавала, что это и есть истинный король Эльфтала, преклонивший колено перед могущественным Древом, наполненным магией.

Прошептав заклинание, Архальм приложил руку к корню.

“Возмездие драконов,” — эхом пронеслось по поляне, и Древо засияло.

“ТЫ требуешь слишком высокую цену за гибель своей расы, Дракира,” — прозвучал грозный голос Архальма.

Древо ярко вспыхнуло, и у корней появилась призрачная фигура. Высокая, красивая драконица отошла от ствола и смерила взглядом преклонившего колено эльфа.

Король поднял голову и ласково улыбнулся.

“Прояви милосердие, любовь моя. Они и так уже наказаны,” — тихо произнес он.

Вместо маски невозмутимости, королева поправила свои черные волосы, сбросила с себя дымку и стала почти осязаемой. Только легкое сияние выдавало, что у артефакта стоит всего лишь призванный дух первой королевы драконов.

“Все случилось так, как должно было быть изначально, Архальм. Это ты нарушил порядок и попытался все изменить. Как видишь, не вышло. Магия всегда находит свой путь к балансу. Возмездие драконов — не цена дорогой. Это всего лишь справедливость,” — произнесла она, протянув эльфу руку.

Король поднялся с колена и, подходя ближе, губами приник к ладони призрачной драконицы.

“Не ври мне, любовь моя. Ты наслаждаешься тем, что происходит. Я погубил твою расу, и столетий забвения в артефакте тебе было мало? ТЫ намеренно вытолкнула меня в созданный мной клинок и подсунула в руки девчонке де Форест. Чтобы я сам помогал погубить собственных потомков,” — попытался возразить старый эльф.

Дракира злобно засмеялась и отобрала руку, отходя обратно к стволу могущественного артефакта.

“Любовь стала началом, Архальм, она же станет вашим концом. Ты предал меня. Почему-то решил, что вправе делать выбор за нас обоих. Сначала погубил моего мужа, которого я не бросила ради нашей связи. Потом из-за тебя я потеряла нашего ребенка. Твоего ребенка, которому должен был принадлежать трон Эльфтала. Но нет, ты желал получить эльфа. Решил, что получив силу всех рас, ты получишь и меня, и наследника эльфа. Высокомерие погубило любовь, теперь любовь погубит высокомерие. А ты будешь наблюдать и ничего не сможешь с этим поделать. Смирись и наслаждайся дорогой. Ты еще успеешь подержать на руках ребенка Сандрии и Примиса. Вскоре трон Эльфтала будет принадлежать тому, кому он был предназначен,” — прогремел голос драконицы. А потом Дракира исчезла, и Архальм разочарованно вздохнул.