Книга Ледяной дракон. Её истинный защитник, страница 96 – Светлана Алексеева

Я закачала головой, опираясь о его руки.

Эсмонд.

В голове эхом повторялось его имя. Тот, кому я доверяла. Тот, на кого смотрела с надеждой. Тот, ради кого сердце когда-то билось иначе.

Меня резко затошнило.

Нет… нет… это не может быть!

Разум еще сопротивлялся, но внутри я уже знала, что правда всегда такая. Она режет без предупреждения.

— Рассказывай дальше, — приказал Тарион, усаживая меня на стул.

— Король начал копать, — хрипло произнес Крейн. — После смерти Розы…, — он запнулся, бросил быстрый взгляд на Амелию, но продолжил, — он не поверил в то, что она скончалась от болезни. А потом он начал задавать вопросы.

Амелия тихо втянула воздух. Я чувствовала, как ее боль эхом отзывается во мне.

— Форвальд искал, сравнивал, проверял. И почти вышел на правду.

Он поднял глаза, его взгляд скользнул к Ариэтте.

— На нее.

Та уже не двигалась, только пальцы ее побелели, сжимая край стола.

— А значит, — голос Крейна стал тише, — и на меня.

Кажется, я перестала дышать.

— Я бы не успел, не смог бы скрыться, не смог бы отвертеться. Казалось, что Форвальд вот-вот начнет допрос, но однажды под покровом ночи и без свидетелей ко мне пришел принц.

Я на мгновение закрыла глаза, но образы все равно приходили.

Эсмонд, тень в коридоре, шепот, предательство.

— Он все узнал про Аврору.

Я резко открыла глаза, меня будто ударили.

— Он подслушал разговор короля и какого-то старика. Я не знаю, кто это был. Но этого оказалось достаточно. Эсмонд сказал, что отец собирается признать бастарда. Прости, Аврора, но я слово в слово передаю его слова.

Королева в этот момент всхлипнула, стараясь не разрыдаться.

— Моя мать падет, сказал он. А ты падешь вместе с ней. Он не угрожал, не кричал и не давил. Он просто рассказал мне всю правду, все, что творилось во дворце за его каменными стенами. А потом Эсмонд добавил, что когда он станет королем, я останусь на своем месте.

Я шумно выдохнула, стараясь выпустить горечь, что разъедала меня изнутри.

Они заключили союз не из-за жадности, не из-за верности, а из-за страха.

Я снова закрыла глаза, слезы подступали.

Эсмонд опять выбрал не меня и даже не отца, а власть.

Как я могла быть настолько слепа? Получается, он играл моими чувствами?

— Я согласился, — выдохнул Крейн.

Я не удивилась. Я уже ничему не удивлялась.

— Потому что это был единственный шанс выжить.

Я медленно открыла глаза, и в этот момент поняла одну страшную вещь. Эсмонд не был чудовищем, он всего лишь оказался слабым.

Я сглотнула. Амелия подсела ближе и протянула кружку с водой. Я жадно выпила все до дна, небрежно вытирая мокрые губы ладонью.

Я думала, что хуже уже не будет, что услышать имя Эсмонда – это предел, что боль достигла своей вершины. Но тут Тарион потребовал рассказать подробнее об убийстве короля.

— Все было продумано до мелочей. Яд, как вы уже знаете, не был обычным. Все выглядело как обычные травяные сборы. Имя Розы Бланш использовали как ширму. Удобно. Мертвая женщина не станет оправдываться.

Я до побелевших костяшек сжала пальцы.

— Если бы что-то всплыло, — спокойно и размеренно продолжал Крейн, — все бы свалили на Юг, на тайную любовь короля. Дегустатор «случайно» заболел. Накануне пира у него был жар. Никто не стал рисковать, его просто формально заменили. А по факту – убрали. Поставку в тот день никто не проверял, я об этом позаботился.