Книга Не пугай лису костями, страница 114 – Галина Герасимова

Рука Летти непроизвольно метнулась к губам, и она тотчас отдернула ее, поймав внимательный взгляд сестры. Попалась!

— Так заметно? – обреченно уточнила Летти.

— Губы припухшие, – пожала плечами сестра. – Могу наколдовать лед и помочь с макияжем. Если отец заметит, мне же хуже будет: еще не отпустит в Академию, в эту «обитель порока».

«Обителью порока» Академию называла бабушка, и Касти удачно скопировала интонацию своей тезки.

Летти спорить не стала, уселась на пуфик у туалетного столика, позволяя сестре поколдовать над ней, маскируя следы. Еще бы голову остудить. Лед у губ еще острее напомнил о недавних жарких поцелуях.

— Давно вы встречаетесь? Я помню, ты рассказывала про своего напарника. Но никогда не упоминала, что он красавчик.

Холодные кубики сменила тонкая кисточка с краской, и отвечать Летти пришлось, почти не разжимая губ.

— Не хотела лишний раз нервировать отца.

— Тем, что у него родятся красивые внуки? – искренне удивилась Касти.

— Малявка! – возмутилась Летти, попытавшись шутливо треснуть сестру, но та ловко увернулась, не забыв провести кисточкой по губам завершающим штрихом. – Кстати, откуда такие познания, как маскировать припухшие губы? – запоздало уточнила она, вспомнив про обязанности старшей сестры.

Касти только рассмеялась и показала ей язык.

* * *

Несколько лет назад

— Значит, вы с мамой одни живете?

Летти полулежала на диванчике в комнате Мирта, укутавшись в плед, и грызла печенье. В женском общежитии прорвало трубу, холодная вода затопила нижний этаж, кто смог, на время перебрался в город к родственникам, остальных расселили, где получилось. Или не получилось. Лисицу Мирт перехватил у чердака, куда она, продрогшая, тащилась с таким же промокшим одеялом и подушкой. Увёл за собой на мужскую половину общежития, угостил горячим глинтвейном.

У Летти даже мысли не возникло о том, что Мирт может ее опоить и воспользоваться ситуацией. С начала их совместной работы прошло полгода, они успели притереться друг к другу и начать доверять. Общая работа сближает, как и проведенные вместе часы наказания, которых не удавалось избегать. К тому же работать в паре было удобнее, чем поодиночке: разбирать домашние задания, тренировать пассы и заклинания. Летти и сейчас разрабатывала кисть свободной руки, а Мирт, сидя на полу и прислонившись к дивану, читал о диких травах, изредка комментируя то или иное растение.

Собственно, с одного из них – ядовитого сестриного языка – разговор и свернул в сторону семьи.

— А у меня младшая сестра. Малявка настырная, лезет везде, куда в голову взбредет, реагенты таскает. В прошлый раз я недоглядела, так она сплела маме венок из ночецвета. Пятьдесят гантов на выброс.

— Радуйся, что ты выращивала цветы сама, – философски заметил Мирт.

— Да лучше бы продала мистеру Пиппену! Это ведь был первый экспериментально-выращенный образец! – в сердцах воскликнула Летти и тут же понурилась: прощай, ее огородик на подоконнике! Даже если вода не затопит, ростки вымерзнут за это время. – И сейчас тоже всё пропадет.

— Ну хочешь, сходим за ночецветом на кладбище вместе? – повернул голову полуэльф.

— Хочу, – тотчас отозвалась Летти.

Не дура же она, чтобы отказываться. Мирт считался самым сильным некромантом на потоке, и с ним на кладбище было не страшно. А Летти хоть и считала себя умелой и смелой, но предпочитала рядом надежное плечо.