Книга Не пугай лису костями, страница 143 – Галина Герасимова

В тот же миг вокруг Меднорога вздыбилась земля, но он успел отпрыгнуть.

— Хорошая попытка, Велиас, – безошибочно угадал он нападавшего.

Мирт, в отличие от него, увильнуть не успел. Отразившееся зеркально заклятие сбило его с ног и существенно приложило о мостовую.

— Я же сказал – осторожнее! – выцедил Фальт, укрепляя щит, пока Летти помогала напарнику встать на ноги.

— Живой?

— Бывало и хуже. – Мирт вытер кровь из-под носа.

— Почему он так силен? – недоуменно спросила Летти. Ей казалось, что, если большую часть силы Пермине забрал алтарь, Меднорог должен быть на уровне среднего студента. А не класть мастера на обе лопатки.

— Он колдует на крови, – вздохнул Фальт. – Тянет сам у себя силу. Не знаю, насколько его хватит. – Куратор снова посмотрел на Меднорога. – Прекращай! Если не остановишься, сдохнешь еще до суда!

— Я не могу сдаться и снова всё потерять! Ты не понимаешь, каково жить без магии, – отчаянно выдохнул Меднорог. – Быть одним из лучших – и вместо места в гильдии получить дыру в груди! Но знаешь, что хуже всего? Жалость и презрение. Все вокруг считали, что я не маг, а пустышка. А студенты, ради которых я пожертвовал всем? Думаешь, хоть кто-то из них сказал спасибо? Нет! Я потерял смысл жизни, а они приняли мою жертву как должное.

— Но это был твой выбор!

— Выбор? Я покажу тебе, что это такое. – Меднорог сжал окровавленные пальцы. Запахло паленым, и Летти увидела, как с его руки потек черный густой туман. Еще одно проклятие?

Фальт выругался и невольно сделал шаг назад.

— Остановись!

В тот же миг Меднорог страшно закричал и встряхнул руками, отбрасывая туман от себя.

— Ты ведь узнал проклятие, да, Фальт? Одно прикосновение, и от человека останется головешка. Вот тебе выбор: ты или твои подопечные? – зло прошипел Меднорог, баюкая окровавленную руку, а туман замер в нескольких десятках ярдах от них, как ядовитая змея, готовая к прыжку. – Извини, одного не выберу, для неразлучников умереть поодиночке слишком жестоко.

Меднорог сжал кулак, и заклятие, разделившись надвое, рвануло вперед.

Щит Фальта не выдержал, и Летти охнула, понимая, что ее собственный щит тоже не вытянет. Разве что? Она ощутила на своих плечах руки Мирта.

— Вместе, – шепнул полуэльф ей на ухо, и чернота растеклась о выстроенный ими щит, прогибая его, но не ломая. И повернула к создателю.

Выставить собственный щит Меднорог не успевал. Закрыл лицо руками, ожидая боли, но ее не последовало. Чужой щит – щит, которым Фальт мог защитить себя – выстроился вокруг него, впитывая проклятие.

— Ты прав, иногда выбора не остается. Тогда надо верить, что ты не один, – полным сожаления голосом ответил Фальт, и сухие корни взвились в воздух, оплетая Меднорога так, чтобы тот не дернулся. – Ты же не такой, друг. Что ты натворил?

Меднорог дернулся еще несколько раз, а затем закрыл глаза и стиснул зубы. Но Летти всё равно услышала, как сквозь рваное дыхание пробились глухие всхлипы.

* * *

— Ай! – Мирт дернулся от прикосновения мази к ране.

Летти даже не подумала отвести руку.

— Терпи.

Не хватало еще воспаления! Это в пылу боя они не смотрели, кто как ранен, да и некогда было думать о боли. Зато дома, снимая с Мирта наполовину сожженную рубашку, Летти позволила себе высказать много нелестного о его поступках.