Книга Дети Глуши, страница 112 – Галина Герасимова

— Ты тоже мне нравишься, — я уткнулась носом ему в шею и почувствовала, как руки Роя слегка расслабились.

Наверное, после признания стоило перестать называть его старшим братом. Иначе нас могли не так понять. С другой стороны, мы в любом случае вызовем пересуды.

— И что же нам теперь делать? — спросила я немного растеряно, не делая попыток вырваться. Прижатая к Рою, я слушала, как громко стучат наши сердца.

— Искать способ, чтобы ты выросла. Иначе я сойду с ума, — парень закончил фразу так тихо, что я едва услышала, — от невозможности любить тебя.

— Рой! — я возмущённо стукнула его по спине, и он разжал руки.

— Не думай, что теперь я стану меньше тебя дразнить. Наоборот, я не собираюсь сдерживаться, — старший усмехнулся, вновь притянул меня и поцеловал в нос. А затем с сожалением отпустил. — Боюсь, придётся этим ограничиться. Охотник и так нудит, чтобы я не приставал к ребенку.

— Надеюсь, он не будет постоянно вмешиваться? — испугано спросила я, приглаживая встрёпанные Роем волосы. Об этом аспекте отношений я не подумала. — Интересно, а как встречаются ловцы? Ведь они никогда не бывают со своей парой наедине, учитывая присутствие альтов, — я стала размышлять вслух, чтобы скрыть возникшую неловкость.

— Постесняюсь спросить такое у Генри или у парней из десятки, — Рой посмотрел на меня и негромко рассмеялся. — Кажется, я перестарался?

Я поняла, что он говорит больше о моём румянце, чем об устроенном им вороньем гнезде на голове, и в смущении кивнула.

— Ты застал меня врасплох.

— Иначе ты бы придумала очередную отговорку, — серьёзно сказал Рой и, взяв с полки расчёску, подошёл ко мне. — Не дёргайся! — он провёл гребнем по волосам, приводя причёску в порядок. — Жалко, что ты отрезала волосы.

— Они только мешали. Зато ты никак не соберёшься, — попеняла я в ответ, и старший благоразумно предпочёл замолчать. Его хвостик был одной из постоянных тем для шуточек в Глуши, и брат назло всем его не стриг.

«Рой, а не брат», — одёрнула я себя и вздохнула. Перестроиться было сложно.

* * *

Когда Дин не появился через час, мы заволновались. Темнело, и оставаться на улице было опасно. Вряд ли младший мог не сообразить, что Генри не станет дожидаться его в столь напряжённой обстановке. Но почему-то он все же не спешил возвращаться. Долго гулять в одиночестве Дин не стал бы, а знакомых в Городе, кроме тётки, у него не было. Впрочем, потенциальный визит к родственникам не стоило брать во внимание. Судя по рассказам Роя, Дин в последнюю очередь отправился бы туда. После смерти отца отношения с роднёй у братьев не ладились.

— Пойдём, поищем его, — не выдержала я, отодвигая тетрадь с записями младшего в сторону. До прихода Генри, пока я спала, Дин успел законспектировать сегодняшние уроки, сдобрив их схемами и собственными пояснениями вперемежку со знаниями Эрнесто. Но из-за волнения в голове у меня ничего не укладывалось.

— Хорошо. Только оденься теплее, на улице прохладно, — вскочил с места Рой, подавая мне свитер. Он сам сидел, как на иголках, то и дело поглядывал на улицу и лишь ждал повода отправиться искать брата.

Быстро собравшись, мы вышли в коридор. Разбросанные блестящими стекляшками леденцы немым укором напоминали о ссоре с одноклассницей. Эмма со злости бросила их в дверь, не дождавшись извинений. Конфеты разлетелись по коридору и теперь соблазнительно поблескивали округлыми боками. От того, что они повалялись на почти чистом полу, хуже не стали. Но я не стала за ними наклоняться. Не ела леденцов с год, потерплю ещё столько же.