Книга Призраки больше не молчат, страница 100 – Галина Герасимова

— Какой крупный экземпляр! – Закончив с Прорывом, Генри обошел кляксу. – Б-класс. Размер в два раза больше обычного, туша довольно плотная. – Генри потыкал неподвижную массу длинным железным прутом, и от духа пошел легкий дымок. – Вы знаете, что клякса не мертва?

Сгрудившиеся вокруг монстра, мы тут же отпрянули.

— Похоже, от тяжелого ранения дух впал в анабиоз, где старательно лечится. Думаю, полчаса, – посмотрел Генри на наручные часы, – и клякса сможет двигаться.

— Но мы в нее стреляли. И попали, – заметил Рой.

— Тем не менее гарантирую, что вскоре тварь очнется. Убедитесь сами.

— Мы ее не уничтожим? – первым уловил смысл сказанного Фред.

— Нет. Передадим в ЦИП, пусть изучат. Главное, не выпускать из виду и хорошо закрепить, чтобы не сбежала. Сети остались?

— У меня одна, – подал голос Дин.

— Неси.

Вторую сеть мы закрепили поверх первой, полностью накрыв духа металлом. Клякса под ними будто скукожилась, стараясь уменьшить площадь соприкосновения.

— Дальше пусть цыплята разбираются, – выпрямился Генри, передавая сообщение в штаб.

— А нам что делать? Бросить ее без присмотра нельзя, – напомнил Фред.

— Оставь кого-нибудь сторожить. Остальным – продолжать осмотр доков. – Генри вытащил сигарету и, щелкнув зажигалкой, закурил. – Вы молодцы, но не расслабляйтесь.

Расслабляться было некогда. Не знаю точно, сколько духов расползлось из Прорыва, но явно множество. Нам встретились тварь, которая умела сливаться с цветом стен, очередная банши, оглушившая воем, целая колония мелких гудящих насекомых. Последних я ненавидела сильнее всего – они обладали единым разумом, их было практически невозможно уничтожить. Вскоре к нам присоединилась тройка Билла: одни мы попросту не справлялись.

После очередной встречи с духами я споткнулась и чудом не пропахала носом землю. Лили подхватила меня под локоть.

— Ты не устала?

Мы крепко сдружились за последний месяц. Лили первая из десятки навестила меня в больничном крыле, помогала мне заново учиться ходить, пока я неуклюже переваливалась из-за непривычного роста, и часами болтала, чтобы я свыклась со звуком собственного голоса. Она сразу не поверила, что я сестра Мэгги. Завалила меня вопросами и с легкостью вывела на чистую воду. А после обняла и сказала, что главное – я выжила, а как, неважно.

— Устала, конечно, – не стала я врать. Кончики пальцев так замерзли, что дуй – не дуй, не помогает, а каждая последующая мелодия давалась тяжелее. – Но мы почти у Моста, и если десятка Маккарти движется примерно с той же скоростью, скоро пересечемся. Ты сама как?

Лили ткнулась лбом мне в плечо.

— Хочу домой.

— Держись. Скоро вернемся.

Следующую – и последнюю – тварь мы обнаружили вместе с Маккарти. Вернее, они нашли ее на минуту раньше и благополучно справились без нас. Мы успели к финалу, призрачный пес даже добежать до ловцов не сумел.

— Северная зона чиста, – сообщил по рации Маккарти, убирая пистолет.

Фред доложил о южной.

Мы собрались под небольшим навесом, прячась от проливного дождя. Дождавшись ответа, что можно возвращаться к Мосту, Маккарти дал отмашку помочь раненым. Его последняя тройка еле держалась на ногах, а один ловец и вовсе был в полуобморочном состоянии.

Я тоже едва держалась, хоть старалась не подавать виду. Ребята из нашей десятки не впервые выходили на боевое задание, но я все пропустила, пока отлеживалась в медицинском крыле, а после пробуждения боялась надеть браслет. Я не могла избавиться от мысли, что стану подчиняться колокольчикам, как и любой альт. Братьям пришлось уговаривать меня несколько дней, пока не пришел Генри и не заиграл сам. Только тогда я убедилась, что музыка мертвых никак на меня не влияет.