Книга Альтамира. Играть вопреки, страница 92 – Галина Герасимова

— Не волнуйтесь, пожалуйста. Все действия производятся с согласия родственников. На лечение Оли дал разрешение её опекун.

Дядя!.. Ну, я ему устрою! Мог бы предупредить. Оля – не подопытный кролик, чтобы над ней ставили подобные эксперименты!

— Вытащите её оттуда, – едва сдерживаясь, чтобы не накричать, попросила я, но женщина покачала головой.

— Увы, раньше времени отключить капсулы я не могу. До окончания сеанса осталось двадцать минут. Можете подождать в коридоре… или здесь. Хотите чаю? – смягчилась она, увидев, как побледнело мое лицо. Я не покинула бы кабинет, даже если пришлось бы свалиться на пол и схватиться за ножку стола.

— Не откажусь.

Пока врач ходила за чаем, я метнулась к работающему компьютеру, надеясь понять, что именно происходит в вирте. Увидела заставку «Альтамиры» и испытала двоякое чувство: с одной стороны, облегчение, что Мелкая играет во что-то знакомое, с другой – волнение от того, что она там фактически «живёт». Эту игру сложно было назвать миролюбивой и детской.

Я успела вернуться прежде, чем меня засекли за просмотром «врачебных» тайн. Врач поставила передо мной большую чашку с горячим чаем и вытащила из стола раскрытую шоколадку, предложив угоститься сладким.

— Не переживайте. Мы внимательно наблюдаем за состоянием пациентов в капсулах. При любом, даже малейшем ухудшении, их моментально вернут назад.

— Но почему Оля в игре?

— Это возможность преодолеть поставленный психологический барьер. У вашей сестры проблемы с ходьбой не столько из-за физической травмы, сколько из-за того, что она убедила себя в том, что не вернется в нормальное состояние. В виртуальной реальности у неё полностью здоровое тело. Там она вспоминает, как двигаться, бегать, прыгать. Кстати, её успехи после применения игротерапии колоссальны. Вы ведь уже в курсе, что недавно она смогла пройти несколько шагов сама?

Я кивнула и сделала глоток чая. Мята и ромашка. Что ж, успокоительное мне точно не повредит. Как и немного сладкого – я без стеснения отломила кусочек шоколада. Врач наблюдала за моими действиями с одобрением, я же действовала больше на автомате, за этот год я научилась приглушать стресс.

— Оля упоминала, что вы и сами играете. Почему так негативно относитесь к игре?

— Потому и отношусь, – пробурчала я. – Что, если она там погибнет, или над ней начнут издеваться? Как это отразится на её состоянии здесь, в реале? Что, если это вызовет рецидив?

Больше всего я боялась, что сестра снова замкнется в себе, и вытащить её уже не получится. Кроме того, весы могли накрениться и в другую сторону: в виртуальном мире Оле могло понравиться больше, чем в реальном, и вернуть её в нормальное состояние стало бы ещё сложнее.

— Не волнуйтесь, у всех игроков есть кураторы, которые наблюдают за их игрой. Конечно, под наблюдением игра воспринимается не так ярко, зато проблем меньше, – верно, догадалась о моих опасениях врач. Видно, не я одна возмущалась подобной методикой лечения.

— А что насчет аватаров? Вы создаете их сами?

— Нет, мы даём пациентам полную свободу действий. Там – их мир, где они вольны поступать, как вздумается. В рамках разумного, естественно, – заметив мой недовольный взгляд, добавила она. – Пейте чай, мне надо работать.

Врач вернулась за компьютер. А я пыталась придумать, что сказать Мелкой, когда закончится «сеанс». Ладно дядя. Он привык, что меня нет дома. Нам и поговорить было некогда, то он занят на работе, то я. Не удивлюсь, если он подписал разрешение на процедуры, особо не вникая в лечение. Но почему сестра мне ничего не рассказала?