Книга Загадка проклятого дома, страница 119 – Галина Герасимова

Это было так странно — почему оборотень, несмотря на вторую ипостась, казался счастливым? С тех пор, как Аки стала русалкой, она забыла, каково так беззаботно радоваться жизни. И теперь не могла отвести взгляда от дурачащегося врага.

Порыв южного ветра коснулся кожи, ероша волосы и сбрасывая с русалки оцепенение, и Аки метнулась в сторону, скрываясь в кроне деревьев. Кагэ тоже замер, принюхиваясь, и спустя секунду рванул в ее сторону. Мы не бежали — летели, едва касаясь ногами ветвей, совершая невероятные прыжки. В лесу солнца было мало, и еще не высохшие от дождя деревья сбрасывали за шиворот холодные капли воды, а тонкие ветки хлестали по рукам и лицу. Гонка пьянила, и вместе со страхом я ощутила смутное удовольствие от безумного бега. Впереди показалась река, маня спасением — и Аки, не замедляя скорости, прыгнула с обрыва в обжигающе ледяную синеву. Нырнула на глубину, сначала испуганно, а затем с радостью принимая родную стихию.

И наваждение исчезло.

По воде медленно расходились круги, разгоняя в разные стороны лепестки сакуры. Впрочем, те быстро сбивались в кучу, причудливыми пятнами покрывая озеро.

Оборотень облизнул холодные брызги, попавшие на нос, немного посмотрел на мирную картину, и, развернувшись, неспешно побежал обратно. В боку после гонки покалывало, а в лапы успело впиться несколько колючек. Не больно, но неприятно.

Конечно, можно было нырнуть следом за русалкой. Но одно дело рисковать собой ради хозяйки, а другое, проявлять никому не нужный героизм, сражаясь с монстром на его территории. Да и вряд ли Асаяке обрадовалась бы гибели девочки… или его скоропостижной кончине.

При мысли о подруге в груди смотрителя образовался теплый комок, и будь он сейчас человеком, не смог бы сдержать глупой улыбки. Асаяке не оттолкнула его, узнав о прошлом. Желала помочь так же, как пыталась спасти Аки или вернуть голос Мэй. Иногда ему хотелось встряхнуть подругу и спросить, понимает ли она вообще, что творит? Что такая прямодушная доброта ни к чему хорошему не приведет? Ведь, несмотря на собственные проблемы, она с головой зарывалась в чужие!

Но оборотень прекрасно знал, что если спросит, девушка ответит ему безмятежной улыбкой и пожмет плечами. Асаяке делала то, что должна. И для нее поступать так было правильно.

— Не догнал? — скорее констатировал, чем уточнил адвокат, когда Кагэ вернулся на поляну. Парень сидел у дерева, держа на руках девушку, а Асаяке в его объятиях казалась мирно спящей. Картина была до того нереальной, зная всю нелюбовь подруги к чужим прикосновениям, что смотритель резко затормозил, поднимая в воздух ворох прошлогодних листьев.

— Что случилось? — мгновенно перекинувшись, испуганно спросил оборотень. Собственная нагота его не смущала, но быстрое перевоплощение доставляло ряд неудобств.

— Все в порядке, — не открывая глаз, произнесла подруга, заставив смотрителя облегченно выдохнуть. — Просто после такого сумасшедшего бега у меня дико кружится голова.

— Она снова разделила сознание с русалкой, — объяснил Югата с легким неудовольствием, не убирая руки со лба подруги. Парень едва успел подхватить одзё, когда она стала заваливаться на землю, и в первый миг напугался не меньше оборотня.

— Зато теперь я уверена, что человеческие чувства в Аки остались, — по губам девушки скользнула полуулыбка, и она, неловко опираясь на адвоката, села.