Книга Загадка проклятого дома, страница 127 – Галина Герасимова

— Не подходи ко мне, — произнесла девочка с трудом, чуть коверкая слова. Ее руки испуганно мяли пальтишко. В моем сне речь давалась ей легко, но вот в реальной жизни она мало говорила. Да и с кем ей было общаться, кроме метаморфа?

— Не говори глупостей. Я столько времени тебя не видел! — врач преодолел разделяющее их расстояние так быстро, что ни я, ни девочка не успели среагировать, и обнял сестру. Аки дернулась, кажется, оцарапала его, но Харука не обратил на это внимания.

— Я соскучился! — он и не собирался разжимать объятия, и рассматривал сестру без испуга или удивления. — А ты подросла. Но такая худая и бледная… Плохо кушаешь? Что-то болит?

Он продолжал болтать без умолку, задавая глупые вопросы, выплескивая все, что накопилось за долгие годы неопределенности. Изо всех сил стараясь расшевелить сестру, дать понять, что она нужна. Аки хлопала глазами, не зная как реагировать, и молчала. А меня захлестнула тоска по Шуно. Как давно мы не говорили с ним по душам?

— Братик, — наконец девочка всхлипнула, принимая, что Харука не притворяется и действительно по ней скучал. Неловко обняла его в ответ, сотрясаясь от беззвучных рыданий…

— Какая трогательная встреча, — раздалось несколько хлопков, и от дерева отделилась до сего момента незримая тень. — Жаль прерывать столь долгожданный момент воссоединения.

— Ёри? — Аки испуганно оглянулась на голос. Я тоже застыла, но по другой причине. Сегодня метаморф пришел в детском облике, и мне было больно и непривычно видеть на лице мальчишки злую гримасу. Как в кривом зеркале.

— Ты меня разочаровала! — Ёрики резко выбросил руку, и девочка вскрикнула, завалившись на брата. Судорожно зажала бок, пытаясь остановить кровь. Пальцы, сжимающие тонкий стилет, окрасились красным. Русалка повернулась к Харуке, пытаясь что-то сказать, но вырвался только хрип.

В таких случаях говорят, что время замедлилось, позволяя оценить все в деталях. Ничуть. Оно шло своим чередом, не обращая внимания на шок и боль.

— Какого черта ты творишь? — влетел на поляну Кагэ, и, не сбавляя скорости, бросился на Ёрики. Метаморф отклонился, уходя от удара, и вытащил из кармана склянку с какой-то жидкостью.

— Не советую нападать, — быстро предупредил он, не отрывая взгляда от оборотня. — Разобью — и ей не жить.

— Кагэ, стой, — парень, уже развернувшийся, чтобы атаковать вновь, резко затормозил от оклика Харуки. — Что ты имеешь в виду? — обратился мужчина к метаморфу, продолжая удерживать на руках сестру. Девочка потеряла сознание и дышала тихо и прерывисто. На лбу выступили капельки пота, а кожа побелела еще больше.

— Стилет отравлен. Яд моего изобретения, так что обычные лекарства не помогут. Сама рана для Аки не смертельна, я хорошо знаю, как быстро она восстанавливается. Но вот отрава…

Он слегка повернул флакончик, давая его рассмотреть.

— Без противоядия девочка продержится недолго. Может, час или два, при удачном раскладе. Мне еще не довелось проверять яд на человеке, и самому интересно, как он проявится, — метаморф приподнялся на цыпочки, разглядывая Аки. — Сначала она почувствует жжение у раны, которое постепенно распространится по всему телу. Будет лучше, если продержите ее без сознания. Огонь в крови ужасная штука.

— Чего ты хочешь? — быстро сориентировавшись, спросил Югата. Как только Кагэ напал на метаморфа, адвокат оказался рядом со мной, прикрывая от возможной опасности.