Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 6 – Ольга Барыкина

Девушка перевела на неё взгляд, полный искреннего ужаса.

— Чтобы не поправиться.

Лена машинально посмотрела на её тонкие руки, на ключицы, выпирающие так, будто организм уже начал экономить ресурсы, потом снова на лицо и наконец осторожно уточнила:

— И какой у тебя план? Ещё немного поголодать — и слуги начнут случайно смахивать тебя со стула во время уборки.

Комната застыла. Кто-то тихо охнул.

Даже служанка у двери посмотрела на Лену так, словно мысленно прикидывала, где во дворце ближайший выход для бегства.

Худая девушка медленно подняла подбородок.

— Повелитель любит изящных женщин.

Лена несколько секунд молча разглядывала её так внимательно, будто пыталась понять, как человеческий организм вообще ещё держится вертикально.

— Нет, я сейчас серьёзно спрашиваю. Тебя ветром по коридорам не носит?

И вот тут произошло неожиданное. Из дальнего угла комнаты раздался смех.

Не жеманный, не придушенный ладошкой, а нормальный человеческий смех, в котором слышалась усталость человека, слишком долго прожившего среди идиотов.

Тёмноволосая девушка в свободном домашнем платье поднялась с дивана, вытирая выступившие от смеха слёзы.

— Боги, наконец-то здесь появился хоть кто-то живой.

Она подошла ближе и протянула руку.

— Мира.

— Лена.

— Ты либо очень смелая, либо совсем не понимаешь, куда попала.

— Пока ставлю на второе.

Мира ухмыльнулась, а остальные девушки продолжали смотреть на Лену так, словно перед ними внезапно заговорила декоративная ваза.

Постепенно Лена начала понимать, что именно её раздражает сильнее всего.

У этих женщин не было ничего, кроме бесконечного ожидания чужого внимания. Они просыпались ради того, чтобы нравиться, ели ради того, чтобы оставаться красивыми, разговаривали только о том, кто на кого посмотрел, кто кому что сказал и кто сегодня ближе к Повелителю.

Одна девушка внезапно начала рассказывать, как другая специально подменила ей масло для волос.

— После этого у меня появилась сыпь!

— Ужас, — автоматически сказала Лена.

— А потом она распустила слух, будто меня прокляла богиня ревности.

Лена несколько секунд молча смотрела на неё.

Потом осторожно уточнила:

— И это… считается у вас интригой?

— Конечно!

Лена вспомнила свой старый офис, где женщины устраивали такие интриги, что дворцовый гарем на их фоне выглядел кружком художественной самодеятельности: одна сотрудница два месяца флиртовала с женатым начальником исключительно ради удобного графика, другая специально приносила вонючую рыбу в микроволновке, чтобы выжить коллегу из кабинета, а после новогоднего корпоратива бухгалтерша Ирина вообще пыталась выяснить по камерам наблюдения, кто съел её салат с креветками.

И ведь нашла.

Потом ещё неделю ходила по офису как сотрудник ФСБ на задании и смотрела на людей с холодной ненавистью.

Вот там были интриги.

С человеческой подлостью, расследованиями и угрозами «мы ещё поговорим после работы».

А здесь пока что предел дворцового коварства заключался в переставленной банке крема и коллективных страданиях у окна.

— Вам заняться нечем, да? — наконец спросила она.

— Мы обязаны быть достойными Повелителя, — с достоинством ответила одна из девушек.

— Нет, вы обязаны хоть иногда пользоваться мозгами.

Судя по лицам, такой вариант здесь ещё не рассматривали.