Книга Ставь на единорога, страница 64 – Наталья Филимонова

— Вы так и не ответили, кэри Морриш, – вклинился в мои мысли голос мастера Сабо. – Зачем все это нужно мне – кажется, очевидно. А вот для чего я понадобился вам, мне все еще неясно до конца. Насколько я успел познакомиться с вашей братией и учитывая все, что вы рассказали мне, я понимаю, что я для вас – в каком-то смысле конкурент. Правда, довольно слабый конкурент, поскольку вы утверждаете, что опередить вас мне все равно не удастся. Так какую роль вы отводите мне?

Друзья, спасибо вам за терпение! На всякий случай, если вдруг вы не видели закрепленного комментария: после Нового года я заболела, подхватила какой-то вирус и больше недели пролежала с температурой. Сейчас наконец-то прихожу в себя и возвращаюсь в привычный график. Постараюсь дальше не выбиваться из него. И поздравляю вас с прошедшими праздниками и предстоящим Старым Новым годом!

_________

…Если бы только я сама могла ответить себе четко на этот вопрос! По большому счету – я прежде всего рассчитывала, что, устранив (а точнее, использовав самостоятельно) возможные рычаги влияния на этого человека – от запугивания судьбой сестренки до соблазнения перспективами и возможностями – я смогу обезопасить от него мир. Вдобавок – я надеялась, что, находясь рядом, мы с большей вероятностью сможем вычислить, что именно произошло в наших прошлых судьбах и почему.

А если из угрозы Дорин Сабо превратится в союзника, это можно считать приятным бонусом.

— А вам, кэр Сабо, – взвешивая каждое слово, произнесла наконец я, – я даю карт-бланш. Однажды вы опытным путем наткнулись бы на способ расщепления потоков… спустя много лет и не имея никакой возможности применить этот способ для чего-то полезного. Я даю вам его сейчас. За нами с Ратко – теория и доказательства. За вами – практика. Вы, пожалуй, лучший механик-артефактор, какого мне когда-либо доводилось встречать, без шуток. И у вас первого в руках – инструмент, с помощью которого можно изменить мир. Творите.

— То есть, – недоверчиво начал он, – вы предоставите мне возможность фактически бесконтрольно работать с вашим еще не запатентованным открытием?

Я понимала его сомнения. Это был огромный риск для меня. Не думаю, что на такое пошел бы хоть кто-то из моих коллег.

Магическое патентное право – палка о двух концах, и для магов-практиков – в первую очередь именно изобретателей в области механики и артефакторики, да и алхимиков-исследователей – оно всегда было непреходящей головной болью. Разумеется, главная задача магического патента – защитить права изобретателя или первооткрывателя. Но есть и другая сторона вопроса: одновременно эта защита нередко тормозит прогресс.

Скажем, я в первой жизни открыла принцип расщепления потоков магии, а затем разработала и запатентовала метод такого расщепления. При этом я сама – не практик, я не занимаюсь непосредственно созданием механизмов и артефактов. А каждому, кто занимается и хотел бы использовать в своей работе мой метод, необходимо было мое разрешение с личным магическим оттиском. То есть маги даже с другого конца мира были вынуждены приезжать ко мне, рассказывать о своих проектах и просить разрешения. Каждый. И от каждого такого изобретения с использованием моего метода я вдобавок должна была получать отчисления при его коммерческом использовании. Наверняка без всех этих ограничений прогресс развивался бы куда более быстрыми темпами.